Заряженная алыми искорками света, чёрная земля под ногами дрожала от невесомых рывков. В ночи лишь сияние Тии ярче всего сверкало — её радостный крик взметнулся ввысь, прежде чем она исчезла у меня на шее. В её глазах горели огоньки мудрости и страсти.
Я в порядке. А что, немножко техноцит? — спросил Наги.
— Ну-у… теперь у тебя по всему телу металл и какие-то подвижные шестерни крутятся. И глаза. У тебя теперь там строчка цифр вместо зрачков бежит.
— Значит, я крут! И слово «металл» вызывает такое тепло на душе! — порадовался Наги.
После этого он порывистым, излишне резким движением выскочил из капсулы, заставив подозрительную Белую вскинуть автомат. И затем атаковал — стену. Со всей дури вмазал кулаком по бетонному перекрытию, разбивая кости правой руки на мелкие косточки.
"Затем обернулся к нам, поднял обломок и продемонстрировал, как быстрее забегали шестерни, застучали поршни внутри тела и лица, и из обрубка вырвалось зелёное пламя, принявшее очертания новой конечности.
— Такое приятное чувство на душе, когда я понимаю, что становлюсь сильнее, — сообщил лич. — Мне кажется, в прошлом я тоже занимался прокачкой.
Я улыбнулся. Про игроманское прошлое Наги всё было и так понятно.
— Постарайся в следующий раз предупреждать, а то ты выглядишь сейчас как враг и пугаешь лес.
Самое испуганное, а на деле скорее осторожное «дерево» только сейчас отпустило автомат.
— Что по основному заданию? — спросил я у Наги, и тот посерьёзнел.
— Я всё сделал, хранитель. Вот то, что ты хотел…
Наги выпустил в мою сторону несколько лиан, чтобы усилить связь растений. Я выпустил свои лозы в ответ, и прикрыл глаза.
* * *Передо мной развернулась длинная дорога между рядами офисных столов. Раздавались звуки громкого стука по кнопкам тысяч рук, но никого вокруг я не видел.
— Ты не послушал меня. Не послушал старого мудрого крыша… Ты идёш дальше, — послышался его голос.
Картинка пришла в движения. Наги стронулся с места и пошёл вперёд.
— Раж ты ждешь, жнащит, ты герой. Тот, кого ждал Тахи! Ошмелюшь шпрошить… ты желаеш брошить ему выжов?
Крысиную речь разбирать было больно. Пообщавшись с техноцитом я осознал, что Тахи был не совсем крысой. Скорее, крысой-киборгом.
Наги молчал, как умеет молчать только нежить.
— Молчиш? Уважаю твою выдершгку, герой. Хорошо. Я подшкажу, как победить дешпота. Шброшить ужурпатора ш трона и шпашти штарину Тахи.
Наги молчал. Просто перебирал ногами, и в темноте зала стали формироваться призрачные образы.
— Шмерть дешпота шкрыта ото вшех. Ибо никто не жнает шекрет короля, кроме Тахи.
