Виталий просыпается точно в полмиллина семи, без будильника и несмотря ни на какие другие факторы. Он знает точное время благодаря своим внутренним часовам, которые регулярно работают бесперебойно. Это начало его нового дня, где сознание идёт рука об руку со своей ментальной картой мира....
— Бл*дь! Лена, не зли меня! Я бы сам купил подарок. Но тебе не понравились те серьги, которые я выбрал, и поэтому это выглядит вот так! — просто «обожаю» его агрессивную повелительную заботу.
— Мне очень понравились сережки. Но это слишком дорогой подарок, — пытаюсь объяснить я, но Виталий перебивает."
"— Да помню я про «подарки любимым женщинам». Бред! — выдыхает он. А мне обидно, что любовь и искренность — это в его понимании бред. Очень больно… Не знаю, почему… Разум понимает, что между нами никогда ничего не будет, кроме секса, а душе и сердцу наплевать.
— Раздевайся, — устало произносит он. Я немного медлю, смотря, как он снимает рубашку, брюки, оставаясь в одних боксерах, дёргает покрывало, скидывая его на пол, и падает на кровать.
Снимаю платье и на мгновение зажмуриваюсь. Все идёт не так! Точнее все очень мило и спокойно, словно перед бурей.
— Волосы распусти! — но приказной тон на месте. Это у Виталия не отнять. Остаюсь в белье и ложусь рядом с ним. Это так непривычно и неловко. Мы никогда не лежали в кровати просто так. Тот момент, когда я была пьяна — не в счёт.
— Расслабься, Леночка, секса не будет, я слишком устал и слишком пьян, — заявляет Виталий.
— Зачем тогда я здесь? — в растерянности спрашиваю я.
— Бьешь в ответ? — вновь ухмыляется, не открывая глаза. — Принимается.
— Я не бью. Просто спрашиваю. Наши отношения подразумевают только сексуальную связь. Поэтому… наверное… точнее, я не понимаю, к чему эти разговоры.
Черт, я действительно бью его, тыкая в правила договора и хочу увидеть реакцию.
— Давай не будем заниматься самообманом, как бы я не старался чертить эти долбанные границы, все давно вышло за рамки! Поспорь со мной, скажи, что это не так! — он никогда не кричит, а сейчас словно взрывается. Резко поднимается, и заглядывает мне в глаза, нависая надо мной. Сердце стучит на разрыв от мощности его чувств. В стеклянных глазах злость, даже ярость. Сглатываю и молчу. Мне нечего сказать. Он как всегда прав.
