Автор
В розыске исчезла добрая сердечкой девушка-подросток. В ее глазах сияла надежда, но на улице мороз и бессмысленная пустота. Ей было всего пятнадцать, когда она исчезла без вести, а его жизнь запуталась в сети подозрений. Только он, покровитель этих сердечек, решает взяться за дело и неизвестно где найти ее....
– Мне просто интересно, почему она обвинила Юрьеву в мошенничестве? Она что, действительно могла пойти на такой шаг, чтобы подсунуть бракованного котенка?
– Ну что вы! – укоризненно воскликнула Маргарита. – Юрьева никогда не пойдет на такое! Она буквально трясется над клубом, и репутация для нее имеет наиважнейшее значение! Если она хоть что-то заподозрит в котенке – все! Тут же снимет его с продажи. Она прирожденная бизнес-леди: лучше потеряет в малом, чем потом в большом. Ну, зато ей и доверие оказывают, и спонсорскую поддержку… Это же дорогого стоит, в буквальном смысле!
– Так что же произошло с этим котенком? – не отставала я.
– Ну, понимаете, – принялась объяснять Маргарита. – Ведь генетика британских кошек очень сложна и многогранна. Она до сих пор не до конца изучена. Ведь для того чтобы вывести «правильного» котенка"", нужно грамотно и точно подобрать пару, чтобы получить желаемый окрас у потомства. И тогда, зная окрас родителей, можно попытаться рассчитать вероятность проявления различного окраса у потомства.
– Стоп-стоп-стоп, – перебила я ее. – Мне не нужны такие подробности, я все равно плохо знакома с кошачьей терминологией. Объясните попроще.
– Сейчас попытаюсь, – закусила губу Маргарита. – Ну, вот, к примеру, очень сложно предсказать, какой окрас проявится у белой кошки. Этот цвет может маскировать любой окрас.
Я внимательно выслушала ее и заметила:
– Просто меня потрясли слова Альбины Юрьевой насчет усыпления.
– Увы, да, – вздохнула Рита и развела руками. – А что поделаешь? Юрьева, хоть и очень милая, в первую очередь деловая женщина. Она, конечно, кошек не просто любит, а обожает, но поймите, для нее это в первую очередь бизнес!
– Мне было очень жаль ту девушку, – сказала я.
– Мне тоже, – призналась Рита. – Я ей очень сопереживала.
