Полдень, XXI век, 2003 № 04 — читать онлайн бесплатно полностью

Но я сижу весь день, так что мне удается кое-что услышать, пока не запретили и не сняли из новостей. В воздух попало очень большое количество ядовитого вещества. Все умерли. Но вот только один не умер. Никто не знает почему. Пришла милиция. Ему сделали все анализы. Но ничего не нашли. Ровно ничего. Даже рентген ничего не показал. На снимке ничего не было видно. Тогда запросили власти и получили разрешение на вскрытие. У него не было внутри ничего. Никаких внутренних органов. Только сплошная однородная мякоть, ровная, как сердцевина яблока. Непонятно, как он только жил с такими внутренностями. Хотя, говорил медик, который вел передачу, если бы было понятно, как живет обычный человек с самыми обычными внутренностями. Это только говорят, что понятно, но на самом-то деле для медицины все эти внутренние органы представляют собой не меньше загадки, чем если бы там просто была однородная сердцевина. Так он говорил. Может быть, я чего-то не поняла, я не знаю, дальше шли какие-то профессиональные термины.

Тот парень, он тоже прикусил язык. И медик тот, что выступал, потом прикусил язык, когда его забрали в милицию. Милиция решила, что это он не просто так выступал, а чтобы привлечь внимание других. Потому что у него нет другого средства привлечь таких же, как он сам. Обычный способ совершения самоубийства, когда ничего не дают, когда нет под рукою уже совсем ничего. Другой, если свободны руки, я знаю, что можно глубоко с размаху ткнуть указательным пальцем в глаз. Я приберегаю этот способ для себя. Нужно только иметь очень большую решимость. Но если попасть в милицию… Чтобы не принадлежать им. Чтобы не находиться в их распоряжении, что они могут сделать все, что угодно, с тобой. Я могу представить, что такая решимость может появиться тотчас же.

Они считают, что это ничего. У них получается, что у таких, как мы, совсем другие жизненные ценности. И что для нас прикусить язык ровно ничего не стоит.

Но это не так. Я представляю себе, какие они все испытывали перед этим огромные нравственные мучения. Здесь не то чтобы только в том дело, что если прикусишь язык, тебе будет от этого очень больно. Жалко не боли, жалко язык, потому что он твой… Ну, мне не сказать… Потому что, если вдруг умрёшь, то потом другого такого больше никогда не будет. Ты за себя имеешь ответственно перед ними всеми. А то, что они все дураки и этого не понимают, и не пытаются тебе помочь сохранить себя, напротив, хотят уничтожить — так от этого же тебе не легче, а только хуже.