Его зычный голос разносился далеко по вечерней саванне.
Заведующая фильмотекой извинилась и убежала куда-то. Женя принялся описывать неуверенные круги вокруг Рудака. Его одолевала любознательность. Платформы на высоких колесах подкатывали, разгружались и уезжали, «слуги КРИ» – парни и девушки – устанавливали и свинчивали желтые ящики, и под акацией вскоре обозначились контуры громоздкой угловатой установки. Рудак ворочался где-то в ее недрах, гудел, свистел и раскатисто покрикивал. Было шумно и весело.
– Стронг и Джой, займитесь интравизиром!
– Трам-тара-рам-тарам-пам-пам! Давайте замыкающую, кто там!
– Фидеры! Куда запропастились фидеры?
– О ла-ла! Еще правее! Вот так…
– Фрост, на разгрузку!
Женю беззлобно толкали под бока и просили убраться в сторонку. Громадный вертолет разгрузился наконец, взревел, подняв ветер и клочья травы, и ушел из-под акации на посадочную площадку. Из-под установки выполз на четвереньках Рудак, встал, отряхнул ладони и сказал:
– Ну, можно начинать. Давайте все по местам.
Он вскочил на платформу, где был установлен небольшой пульт управления. Платформа крякнула.
– Молись, Великий КРИ! – заорал Рудак.
– Станислав еще не вернулся! – крикнул кто-то.
– Вот беда! – сказал Рудак и слез с платформы.
– А профессор Ломба знает? – робко спросила худенькая, остриженная под мальчика девица.
– Профессор узнает, – внушительно сказал Рудак. – Где же Станислав?
На полянке перед акацией вспучилась и треснула земля. Женя подскочил на целый метр. Ему показалось, что из травы высунулась бледная зубастая пасть динозавра.
– Наконец-то! – сказал Рудак. – Я уже беспокоиться начал: кислород-то у него кончился минуту назад… а то и две…
Из-под земли медленно и неуклюже вытягивалось металлическое кольчатое тело в полметра толщиной, похожее на громадного дождевого червя. Оно все ползло и ползло, и неизвестно было, сколько колец его еще прячется под землей, когда передняя его часть быстро завертелась, отвинчиваясь, и свалилась в траву. Из черного отверстия высунулась багровая, с широко разинутым ртом мокрая физиономия.
– Ого-го! – заревел Рудак. – С легким паром, Станислав!
Физиономия свесилась через край, сплюнула и сиплым голосом объявила:
– У него там целый арсенал. Целые армады ползучих тарелок. Вытащите-ка меня отсюда…
Кольчатый червь все лез и лез из земли, и красное заходящее солнце играло на его металлических боках.
– Начнем, – объявил Рудак и снова взобрался на платформу.
