Автор
Беременная женщина бежит от опасного криминального босса, отца её будущего ребенка. Скрываясь от преследований и угроз, она борется за спасение себя и малыша. Но лидеры преступного мира уже взяли её на прицел, и укрыться становится всё сложнее.
– Ты чего делаешь? – недоуменно выдала я.
– Нельзя туда, – отрезал он.
В груди настороженно ухнуло.
– В смысле?..
– В прямом. Здесь надо побыть.
Впившись взглядом в дверь, я ощутила, как по телу поползла паника.
– В зале что-то происходит, да? – осторожно спросила я, волнуясь все больше из-за нагнетающего молчания охранника.
Внезапный ужас прогнал кровь по венам.
– Вадим!.. – испуганно выдохнула я и кинулась к двери. Но Олег непреклонно пресек эту попытку. – Пусти меня! Пусти!..
– Куда пусти?! Ну-ка угомонись!
Он силой оттеснил меня к раковине и, взяв под подмышки, усадил на столешницу.
– Угомонись, я сказал, кошка бешеная! – рявкнул охранник, тяжело дыша надо мной. Убедившись, что я ослабла, он резко отстранился и одернул пиджак. – Ничего страшного в зале не происходит, просто обстановка напряженная. Да и хера ты там пузатая сделать сможешь?! Сказал сидеть здесь, значит, будешь сидеть здесь! Даже если мне придется к сортиру тебя привязать…
Осадив его обиженным взглядом, я отчаянно всхлипнула. Ладонь легла на живот. Взволнованно посмотрев на дверь, я принялась нервно поглаживать его, не представляя, как выдержу даже минуту в неизвестности.
44
Вадим
Провожая тяжелым взглядом фигуру в белом платье, я собрал руку в кулак и обнажил плотно сжатые зубы. Жена уходила из зала под надежным конвоем, но мне все равно стоило не херовых усилий оставаться на месте.
«Дай ей прийти в себя, Вадим, успокоиться» – бесперебойно уговаривал себя. – «Ты еще скажешь все, о чем промолчал»
Кровь без тормозов молотила по вискам. Ярость прогнала по венам новую волну, стремительно заражая мои нервные клетки. И все это не без помощи одной отчаянной бляди, которая слишком поверила в себя.
Не знаю, на что Влада рассчитывала своей выходкой, но добилась только того, что одним махом снесла к чертям мое снисхождение и пробудила лютый, неутихающий гнев. Пока я с невозмутимой выражением лица продолжал жать руки гостей, в голове хладнокровно смаковал идеи, которые жаждал воплотить в жизнь.
Я, сука, не успокоюсь пока не накажу эту дрянь, нарушившую все границы дозволенного!"
"Только решение условился принимать на холодную голову. Иначе Владе грозило пострадать не только морально, но и физически, а это табу при любом раскладе. Срываться на телках равно как на мужиках – больная страсть моего отца, но не моя.
Халид наконец показался в зале, взошел на подиум, и без лишних подсказок направился ко мне.
