Автор
В темном переулке ипнотизируется раскуроченная машина, а рядом бесцеремонно подкидывается сигарета. Дэн соглашается только с нарушением дистанции — заботливо зажигает и протягивает кислым тоном. Первый вздох в паре выстрелов разрывает гнетущую ночную сталь, зарождая ожидание непредсказуемых событий....
Я дал Гере то, чем отец не считал нужным делиться. Он исправно снабжал сына материальными благами – не столько заботясь, сколько для поддержания репутации семьи – тогда как я служил единственным навигатором для брата. Направлял его, морально поддерживал, советы подкидывал, участвовал в жизни. Однако чем старше он становился, тем сложнее было до него что-то донести, и тем больше терялась между нами связь.
Герман шикнул, ложась поперек кровати, и осторожно прислонился к стене затылком.
– Ты мой брат, – наконец заговорил я подчеркнутым тоном.
Он задержал на мне хмурый, недоверчивый взгляд. Будто его удивили мои слова. Однако ответить на них гордый парень постеснялся.
Оглядевшись, я взял стул у двери, перенес его к кровати и сел напротив брата.
– А ты нормально бьешь, – снисходительно заметил я. – Тебе бы в спорт с такими перспективами.
Гера отвернул недовольное лицо.
– Решил по душам поговорить, Вадик?!
– Можем не говорить.
Покосившись на меня, он поджал губы.
– Тебе скучно, что ли? Иди вон к своей жене! Пусть еще на меня пожалуется…
– Она не жаловалась, – сдержанно поведал я. – Я столкнулся с Эльзой в коридоре, увидел, что она расстроена и сам все додумал.
– Молодец! – разочарованно усмехнулся брат. – Хуевая у тебя смекалка, потому что я ничего не делал! Но ты ведь не мог подумать иначе, верно? Если Гера, то по любому жди дерьма…
– Вел бы ты себя по-другому, может у меня и сформировалось бы другое мнение!
Он свел брови и лениво поднял ладони вверх.
– Нет уж, братец!.. Я давно смирился с клеймом изгоя. Любимчик у всех только один – Вадим Астахов! И неважно как я себя веду, не надо тут впаривать! Мне в принципе никогда не простят того, что простят тебе.
– Вот как, – терпеливо отсек я, откидываясь на спинке стула. – И с чего такое мнение?
– С того, что для семьи ты единственный сынок Астахова!
Меня начинал утомлять этот разговор.
– Ты че несешь? – снисходительно поинтересовался я.
Гера стиснул челюсти и попытался сесть.
– Блядь, как меня все это заебало… – злобно выдохнул он. – А ты типа не в курсе, да? Не прикидывайся! Всем, сука, известно, что мать трахалась за спиной отца, и что я чей-то ублюдок, а ты один в неведении?!
– Кому всем? – грозным тоном уточнил я.
