Художественная критика современной военной реальности через судьбы героев, оказавшихся в центре боевых действий. Авторский взгляд на проблемы армейской системы и человеческого выбора в экстремальных обстоятельствах специальной военной операции.
Раздел Chitat.online для книги «Полковник Никто» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Художественная критика современной военной реальности через судьбы героев, оказавшихся в центре боевых действий. Авторский взгляд на проблемы армейской системы и человеческого выбора в экстремальных обстоятельствах специальной военной операции.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Сергеевич Суконкин Самиздат подборки серии
Художественная критика современной военной реальности через судьбы героев, оказавшихся в центре боевых действий. Авторский взгляд на проблемы армейской системы и человеческого выбора в экстремальных обстоятельствах специальной военной операции.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он растерянно посмотрел на офицеров:
- Как же так?"
"- Но это, товарищ полковник, ещё не всё, - Игнатьев указал карандашом изломанную голубую линию на карте: - Вот видите, река Дончанка. На послезавтра нам поставлена задача форсировать её в трёх местах, захватить на том берегу плацдарм и удерживать его до прибытия свежих сил.
- Какими силами? – спросил Котлов. – Дивизия что-то даст?
- Держите карман шире, - порекомендовал Игнатьев. – Шестьсот шестой полк должен сделать это своими силами. Такова воля командующего группировкой.
- Но в полку же нет людей!
- Товарищ полковник, - командир полка внимательно посмотрел на Котлова. – Вы как не из нашей армии. Вы, часом, не американский шпион? Вы же понимаете, что в штаб группировки не докладывается информация о четырёхсотых, которые ещё могут найтись, а значит и не следует поднимать панику, и пятисотых, за которых других командиров со своих должностей очень быстро снимают. Вы что, думаете, наш комдив хочет, чтобы его сняли с должности?
- Но это же… - Котлов всё больше проникался реальностью. – А чем тогда воевать?
- А это никого не волнует. Воюем, тем, что есть.
- Мы же обрекаем людей на заведомую гибель! Три направления форсирования – это сколько нужно людей? При том, что в полку осталось триста человек? Это же совершенно бессмысленно пытаться форсировать реку такими небольшими силами – нам даже не дадут переправиться, или скинут в реку сразу после закрепления на плацдарме… а ведь ещё и оборонительные рубежи держать надо!
- В группировке уверены, что в полку более тысячи человек.
- А техника? Про неё что, тоже не докладывается?
- Докладывается, - кивнул Игнатьев. – Но медленно. Чтобы никого в верхних штабах не удивить и не расстроить. Или вы думаете, что списание топлива осталось там, за ленточкой?
- Устав требует, если подразделение не готово к выполнению боевой задачи, доложить об этом командиру, - напомнил Котлов.
- Допустим, - кивнул Игнатьев. – Доложили. А дальше-то что? В уставе же не сказано, что такой доклад автоматически отменяет поставленную задачу. Задачу с нас всё равно никто не снимет.
- Это не война, а какой-то бардак…
- К чему мы шли долгие годы, - резюмировал командир полка. – Результат реформ «нового облика», который сейчас компенсируется кровью наших пацанов. Два месяца назад я был комбатом. Но как началась война, командир полка сбежал, и меня поставили на его место. А знаете, какой он был требовательный и педантичный в мирное время? И как вся эта шелуха с него слетела, когда мы в первые дни здесь вляпались в настоящую мясорубку.
Игорь некоторое время молча пил приготовленное ему кофе, пребывая в лёгком шоке от ознакомления с действительностью.
- Чем я могу быть полезен? – наконец спросил он.
- Ну, как минимум – не мешайте мне воевать.
