Запахи ночного леса наполняли воздух — поздние Зеленые Листья, смолистый запах растений, холодный мускус под коготками кошки. Ветер дул через тихую гладь озера, создавая волны, словно шепчущие тайны. Кошка, облаченная в свежую голубоватую шерсть, прокрадывалась между камнями, приближаясь к кромке воды....
— Ты права, было из брано четыре кота, а пришло шесть, но мы все одинаково достойны быть здесь.
— Но предупреждаю тебя, одно неверное движение… — зарычал Грачик.
— Заткнись, мышеголовый! — прикрикнула на него Белочка. — Неужели ты не видишь, что мы нашли то, что искали? Сказано же было: «слушай, что скажет полночь»! Она и есть Полночь!
Грачик свирепо посмотрел на нее, но ничего не ответил.
Полночь обернулась к ним и, велев идти следом, двинулась в дальнюю часть пещеры, где угадывалось темное отверстие туннеля. Он глубоко вздохнул и сказал:
— Ладно, идем!
Ураган пошел первым, Грачик решительно зашагал за ним.
— Представляешь, сколько всего мы расскажем дома, когда вернемся?! — взвизгнула она и бросилась догонять Ласточку.
Ежевика остался один. Он в последний раз оглянулся на каменные клыки утесов, торчащие из пасти пещеры, и на волны, которые по-прежнему неустанно накатывались на берег. Последние малиновые лучи тонущего солнца все еще горели на небе, на какой-то миг Ежевике показалось, что бесконечная река крови струится над его головой, уши его заложило от воплей погибающих котов.
— Ежевика? — голос Белочки мгновенно заглушил стон ужаса. — Ты идешь?
Видение исчезло, и Ежевика увидел, что по-прежнему стоит в вымытой волнами пещере и смотрит на быстро угасающее небо и одинокого воина Звездного племени, который сиял ему с высоты.
Туннель поднимался вверх. Ежевика ничего не видел в кромешной тьме, но он чувствовал, что под лапами у него песчаная твердь, а не галька или острые камни. Запах настороженных котов почти тонул в едком барсучьем духе.
Наконец они вошли еще в одну пещеру. Свежий ветерок тронул шерсть Ежевики, и он понял, что где-то неподалеку есть выход наружу.
Ласточка помогла Рыжинке устроить гнездышко из мягких листьев, потом легла возле нее и снова принялась зализывать ее рану.
