Из всех трех девушек, регулярно встречавшихся с Точилиным, только на Евгению Кольцову Станиславу удалось найти более-менее интересную информацию, да и то большой ясности в дело она не внесла. Мать Евгении несколько лет назад работала секретарем в Министерстве внутренних дел, но как это помогло Точилину сделать скачок по карьерной лестнице, было совершенно непонятно.
– Что-нибудь еще интересного нашел? – спросил Лев, повертев в руках распечатку с данными Кольцовой.
– Да ничего практически, – пожал плечами Крячко. – В ноутбуке Точилина есть информация о нескольких клининговых компаниях. Думаю, та дамочка, что приходила к нему в будни и прибиралась в доме, была сотрудницей одной из них.
– Логично, – согласился с ним Лев. – Вот и проверь.
– И без тебя сообразил, товарищ начальник, – фыркнул Стас. – Только, думаю, это не к спеху. Мне куда интересней сейчас ту бабульку-одуванчика проверить, с номера которой Точилину звонили. Уборщица нам вряд ли чем помочь сможет, а вот старушка, глядишь, вспомнит, как именно ее «симка» у чужого человека оказалась.
– Тоже правильное решение, – одобрил Гуров. – Смотрю, ты думать еще не успел разучиться…
– Ой, да куда мне до вашего превосходительства, – скорчил такую комичную мину Крячко, что Лев не выдержал и расхохотался.
– Ладно, двигай к старушке, а я поеду к Кольцовой, попробую у нее что-нибудь узнать, – махнул он рукой.
Но уйти Гуров не успел. Едва он направился к выходу из кабинета, как на его столе прозвучал звонок внутреннего телефона. Звонил Пустынцев, начальник экспертного отдела, куда сегодня привезли деньги, найденные в квартире Точилина.
– Лев Иванович, зайди-ка ко мне, – попросил он. – Тут для тебя кое-что интересное есть…"
"«Интересным» оказались не сами купюры, а их происхождение. Значительная часть банкнот в нетронутых упаковках Сбербанка была украдена около года назад во время бандитского налета на инкассаторскую машину в Зеленограде. Другая часть загадочным образом исчезла из кассы одного из московских предприятий в день выдачи зарплаты месяца три назад. А небольшая доля из «наследства» Точилина год назад пропала из взломанного банкомата в Коломне.
– Как ты это узнал? – удивился Гуров, вопросительно посмотрев на эксперта. – Разве Сбербанк учет всех купюр ведет?
– Теоретически, да. Номера пачек и тех банкнот, которые в них содержатся, учитываются при выдаче из хранилища, – ответил Пустынцев. – Правда, обычно дальше их след теряется. Если при поступлении в филиалы или загрузке в банкоматы номера пачек еще фиксируются, то дальнейшая судьба банкнот уже неизвестна. Исключение составляют лишь те, которые были украдены. Данные на них хранятся около десяти лет, до истечения максимального срока давности по делу.