Автор
Тело уставало, но душа радовалась бескрайним возможностям, которые его обладали. Удивительное полное погружение в природу — дерево на заднем дворе дедушки Джимми стало их новым вдохновением. Рид расположилась в кроне дуба, словно ребенок в колыбели, окутанная грубой корой и бесконечной свободой....
Рид страстно желала, чтобы застенчивая улыбка, преобразовавшая лицо Изабелл в тот момент, предназначалась ей. Весь остаток вечера её мучил вопрос, позволит ли ему Изабелл поцеловать себя на прощание.
Настолько сильного желания, как в тот вечер Рид не испытывала больше никогда, за исключением того момента, когда Изабелл сама поцеловала её.
Не знаю, как переживу, если потеряю её.
Рид прогнала воспоминания и сосредоточилась на маме.
– Чейзу не нужны новые стрессы в жизни. К тому же я чувствую, будто предаю Джимми.
– Рид, он хотел бы, чтобы вы обе были счастливы. Если это значит быть вместе…
– Это не обсуждается. – Рид отняла руку и вышла через заднюю дверь до того, как Мередит успела возразить. Рид нужно было прогуляться.
***
Сбежав из дома, Рид не знала куда направиться. Она не захватила с собой ни ключей, ни куртки, а декабрьский воздух был слишком морозным для пеших прогулок. Рид пересекла дворик и заглянула в соседний гараж. Обычно Джимми оставлял ключи в машине. Она сомневалась, что Изабелл что-то с ними сделала.
"Внутри пикапа казалось будто время остановилось. Над приборной доской лежали солнечные очки Джимми. Игрушечный зелёный солдатик Чейза был позабыт на старом сидении, раньше они здесь воссоздавали поля сражений. С помощью кнопки на брелке Рид подняла дверь гаража, выехала на улицу и бесцельно проехала несколько километров, куда глаза глядят, и только потом поняла, что приехала к воротам кладбища.
Рид вышла из дома в одних джинсах и футболке, и стоило ей выбраться из пикапа, как тут же ощутила на себе морозный ветер. Уже пару дней как время от времени моросил дождь, а над головой висело низкое и серое небо.
Пройдя наискосок по газону, она упала на колени перед надгробием с именем Джимми, расположенным между надгробием Аманды и его родителей. После утреннего дождя земля всё ещё была сырой, и джинсы моментально пропитались влагой.
Любимый брат, отец и друг.
