— Ну, так, может, лучше и не знать? — в тон ему предложила я.
— Нет, теперь тебе стоит знать. Этот артефакт может активировать только тот, кто несет в себе кровь правящей династии.
— Намекаешь, что я оборотень? — усмехнулась я.
— Нет, — качнул головой вервольф. — В твоих жилах течет моя кровь. Оборотни неспроста держат способ исцеления в секрете и требуют у поручителя жизнь. Мы возвращаем души с грани с помощью собственной крови и жизни. И те, кому мы дали свою кровь, обретают над нами огромную власть.
— Прямо как драконы! — изумилась я.
— Да, в этом плане мы очень похожи, — согласился Мортифор. — Мы тоже не сможем убить исцеленного, не сможем причинить ему вреда, в то время как тот способен всадить нож нам в сердце. Когда ты сбежала с Золотым волком, я сначала подумал, что ты все подстроила, чтобы уничтожить наш род.
— И суд, и собственную смерть? — ехидно хмыкнула я.
— Это все можно легко просчитать, — спокойно парировал собеседник. — Норри в отчаянии несет тебя к оборотням как единственным компетентным целителям, я берусь за это дело и открываю путь к своей спальне, где хранится артефакт, вдобавок ко всему делюсь собственной кровью, кольцо у тебя уже есть, а остальное — дело техники. Изящно и естественно. Никаких подозрений, просто случайность.
— Но для чего мне ваша смерть, ты не подумал?! — опять возмутилась я. — На свете множество предсказаний, с чего мне слепо верить в это?!
— У «Ярости дракона» есть плохое свойство затуманивать мозг. Я просто не мог логически мыслить. И тогда мне казалось вполне реальным то, что ты хотела избавиться от извечных врагов или, на худой конец, просто отвязаться от столбиков.
— Кстати о них, — встрепенулась я. — Что теперь делать будем?
— А ничего, — обворожительно улыбнулся Мортифор. — Видишь ли, брак подразумевает наличие детей, и потому если оборотень женится на той, что пометила его территорию, то таким способом он дает ей пожизненное обещание и гарантию исполнения проклятия. Вследствие чего временные рамки перестают действовать. Это самый надежный способ отсрочки. Я не предлагал тебе его раньше, так как вряд ли бы ты согласилась. Если ты кого-нибудь любишь, — вдруг тихо произнес оборотень, — то, когда моя ситуация более-менее наладится и я перестану бояться кинжала в спину, я тебя отпущу. Обещаю.
— А не жалко терять такую выгоду?
— Буду жалеть не о выгоде, а о расставании с тобой, — грустно улыбнулся оборотень. — Ты мне все-таки нравишься, поэтому не думай, что я не воспользуюсь подвернувшимся мне шансом.
— Ну да, где еще удастся заполучить такую армию, — проворчала я.