В Москве, в обычной клинике "Платинум", новорожденного ребенка угрожают преступникам. Волнующая атмосфера напряженности и неуверенности в будущем — все началось с его самого первого слова: "Убейте его!". Как младенец, он пытается понять происходящее, но видение окружающего мира ещё недостаточно развито....
Миша продолжал держаться от меня на расстоянии, а я думал, как перетащить его на свою сторону и начинать собирать вокруг себя новых союзников.
Сынок Демидова, о чём-то шептался с двумя пацанами, злобно поглядывая в мою сторону. Что же ты задумал, говнюк мелкий?
Но оставшееся время в яслях на удивление прошло без происшествий. После прогулки во дворе мы вернулись обратно.
Я немного поиграл с парой мальчишек, которые угрюмо молчали, нехотя делясь своими игрушками.
А затем за мной пришла маман.
— Как мой сынок вёл себя? — спросила она Елену.
— Всё хорошо, — улыбнулась воспитательница. — Одна девочка испугалась чего-то и её забрал папа. А так всё спокойно. И ещё… у вас очень общительный сынок.
— Да, я знаю, спасибо, — довольно улыбнулась маман, поднимая меня на руки. — Ну что, поехали домой? Общительный.
— Уяяя! — воскликнул я, демонстрируя бурную радость.
После того как металлическая коробка доставила нас к фамильному дому Смирновых, нас встретил батя.
Он разговаривал с кем-то по телефону и помахал нам.
— Пошли обедать, Анна уже накрыла на стол, — ответил он, завершая разговор. Мы как раз подошли, и он взял меня на руки. — Ну как дела, богатырь?
— Наманя, — пробормотал я, улыбаясь.
— Надо говорить так — всё просто ох… офигенно! — поправился батя.
— Иван, — нахмурилась маман. — Ещё раз услышу…
— Да всё-всё, молчу, — засмеялся папа Ваня, и мы пошли к входу в фамильный дом.
Ну что ж, обед меня порадовал даже больше, чем я предполагал. Сегодня я пробовал — впервые в этом мире — мясо.
А после очешуительного обеда мы сели смотреть телевизор. Батя, как всегда, выбрал новостной канал.
Внизу я прочитал «Экстренный выпуск», а бледное лицо диктора говорило о том, что произошло нечто плохое.
«— … Я не могу вам показать последствий, — говорил он, запинаясь. — Зрелище не для слабонервных! Как говорят выжившие вечеринки, проходящей в „Вулкане“, посреди зала образовалась трещина.
— Выключи эту чернуху, — потребовала маман. — Давай уж лучше на канал о природе…
— Опять на Арбате прорыв, — проворчал батя. — Что ж там за место такое?..
«…Уберите от экрана детей. Мы покажем вам, что творится внутри…» — диктор направился к двери, откуда вышел суровый, крепко сбитый парень в пятнистой одежде.
«— Сюда нельзя», — жёстко ответил он.
