В Москве, в обычной клинике "Платинум", новорожденного ребенка угрожают преступникам. Волнующая атмосфера напряженности и неуверенности в будущем — все началось с его самого первого слова: "Убейте его!". Как младенец, он пытается понять происходящее, но видение окружающего мира ещё недостаточно развито....
Хотел муравьёв — значит так тому и быть. Всё равно их в траве не видно. Никто не будет визжать и кричать: «Караул! Монстры наступают!»
М-да… монстры. Я вновь вспомнил Красного Жнеца и Кугула, и так мне захотелось обратно. Может, сейчас я уже смог бы кого-то из них приручить?
Но понятно, что мечты на то и мечты, что это полная абстракция. Не время ещё. Пусть подождут меня, я скоро вернусь.
— Ой! А что это они делают? — услышал я растерянный голос пышки. — Это же муравьи! Смотрите, Наталья Прокофьевна!
— Да шут их знает, — пробормотала маман, всматриваясь в выстроенные черепахой два отряда муравьёв.
Я не выдержал и звонко засмеялся от искромётной идеи мамы Наташи. Ага, брачные игры! Как же иначе. Каждый думает в меру своей испорченности.
Совсем замечтался и два моих отряда муравьёв вышли биться друг против друга на тропинку. В траве-то их не видно было… Вот почему важна концентрация, даже когда горят связующие нити между тобой и тварями.
Кстати, по поводу нитей. Маны на каждую уходило совсем немного, но количество связей было более пятидесяти. И я заметил, как в моём магическом резервуаре не хватает трети энергии.
Ох-хо-хо! Я сделал одно движение руки, разрывая их и… две толпы мурашей смешались в одну, а потом сиганули обратно в траву.
— Странные у них… кхм… игры, — маман посмотрела в сторону газона, где исчезли букашки.
Затем прищурила взгляд, посмотрев на меня. И всё поняла.
— Серёжа, ты решил потренировать свои навыки? — обрадованно улыбнулась маман.
И я кивнул. А как вы хотели… Жить бок о бок с приручителем и не видеть танцующих или марширующих животных рядом? Притом это я ещё только разогреваюсь.
Уверен, что дальше будет намного интересней.
Когда мы вернулись с прогулки, маман решила поделиться новостью о муравьях с батей. Она всегда так делает. Как что-то новое за мной замечает, так сразу к нему.
В этот раз она взяла меня на руки и обошла гостиную, затем спальни и кабинет.
— Наталья Прокофьевна, — сказал стоявший в прихожей Захарыч, — его светлость Иван Александрович в своей мастерской.
— Ну тогда к нему сходим, да, Серёжа? — улыбнулась мне маман.
— Так это… Иван Александрович тестирует какой-то новый артефакт. Просил его не беспокоить.
Так, а вот это интересно. Значит, надо обязательно побеспокоить!
Когда маман вздохнула и отдала меня пышке, та понесла меня в детскую, которая у меня уже в печёнках.
