Ночь озабоченно светила в окно, проходя сквозь старые стекла, и роняла на потолок тусклые оттенки воспоминаний — душевные пятна, навеянные веками забвения. Подруга Тань, погружаясь в историю этих стен, дрожала от легкого хруста старой штукатурки и чарующих рисунков на потолке. Кажется, она действительно верила в привидений — неупокоенные души, которые летали по коридорам и сновали между комнатами в гнете воспоминаний....
Брови у нас были действительно что надо – густые, блестящие, с темной «махрой» вокруг. – Согласна, немного в порядок привести брови не помешает, а так хорошие.
Нянюшку мы встретили в передней, и она тоже заохала, радостно запричитала, а после повела нас в столовую.
Устроившись за столом, накрытым светлой скатертью, мы с интересом наблюдали, как Аглая Игнатьевна наливает в кружки чай из самовара. Я услышала его аромат и чуть ли не потерла ладошки от предвкушения. Еще на столе были яйца всмятку, горячий картофель, варенье, сливки и кренделя.
Вся еда оказалась такой вкусной, что я еле сдерживалась, чтобы не запихивать в рот все подряд. Вчерашний бульон совершенно не утолил мой голод.
- Видать, помогли порошки Ивана Тимофеевича! – нянюшка с умилением смотрела на нас. – Аппетит появился! Кушайте, мои голубки! На здоровье!
После завтрака мы отправились на разведку. Я немного нервничала, представляя, что увижу за дверью, но даже в своих фантазиях не представляла, в какое место нас занесло.
Выйдя в портик с колоннадой, мы на несколько минут просто застыли.
- Матерь Божья… - протянула Таня, бледнея на глазах. – Что тут творится?
Слева и справа от дома находились одноэтажные постройки, похожие на флигели. Они как бы замыкали с боков парадный двор, но назвать его парадным язык не поворачивался. Кругом была грязь, расхаживала птица, уже знакомая нам свинья все так же валялась в огромной луже, а на неработающем фонтане сидел петух с огромным гребнем, свисающим набок.
За гусями прыгали две девчонки лет шести, стегая их ивовыми прутиками, но ленивые птицы никак не хотели идти в нужную сторону. Гуси злобно шипели, норовили ущипнуть девочек, и те испуганно повизгивали, убегая о них. На ступенях стояли две корзины с мокрым бельем, возле которых суетилась женщина лет сорока. Она встряхивала каждую вещь, рассеивая мириады брызг, а потом вешала на веревку, натянутую прямо посреди двора.
- Здесь вообще кто-то следит за хозяйством?! – я испытала настоящий шок от увиденного. – Кошмар!
В этот момент дверь одного из флигелей открылась, ударившись о стену. В ней появилась полная женщина с деревянным ушатом. Она выплеснула помои прямо на свинью, и та, недовольно хрюкнув, помчалась на нас…
Пуля́рка — жирная, откормленная стерилизованная курица.
