Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
А в этих самых тряпках просматривалось несколько стеганых халатов. Откуда они их взяли — вопрос. Но вряд ли нашли на дороге. Это не самое дешевое имущество и просто так от него избавляться не станут…
Шли они достаточно спокойно и уверенно. Так как числом их было почти два десятка. Крупная банда. Как она сюда просочилась — вопрос. Но ответ на него Андрейку не интересовал.
По — хорошему требовалось отступать. Связываться с отрядом, имеющим столь значимое численное превосходство не хотелось. Это выглядело сущим самоубийством.
К реке? Так она замерзшая и по ней далеко не уйдешь. Эти гости незваные прекрасно увидят следы на снеге. Поймут, сколько людей убежало, и пойдут по следу. Получится при таком раскладе удрать или нет — писями по воде виляно. И парень не стал сильно уж на этот формат бегства рассчитывать. Просто потому, что им отходить придется с грузом, унося самое ценное. Хотя бы деньги и оружие. А эти побегут за ними налегке. Да и даже если все бросить да удрать, то жить дальше как? И ладно бы верстание. Черт с ним. Жрать то что? Спать где? Греться как? Вероятность гибели при таком раскладе, на его взгляд достигала ста, ну край, девяноста девяти процентов.
Куда еще можно двинуть? В лес? Но тут еще скорее их найдут и догонят. Снег следы хорошо хранит. А бегать по лесу то еще удовольствие.
Аналогичное самоубийство…
— Что делать будем, хозяин? — мрачно прошептал Устинка. Они с Егоркой тоже прекрасно поняли обстановку.
— Проверять, обиделась на ваши слова красавица наша или нет. — усмехнулся Андрейка. — А если и умирать, то с улыбкой на лице.
— Да чего ж ты мелешь? — ахнул Егорка. — Пойдем и договоримся.
— А им зачем с нами договариваться?
— Что им с того? Польза какая может? Или человеколюбие взыграет? Не дури. Пойдем договариваться — потеряем внезапность. А это единственное наше преимущество. В общем так…
Разбойники чувствовали себя королями ситуации. Они шли открыто и не таясь. Но, как это ни странно — заходили со стороны поля, а не обходили сразу с двух сторон.
Это было видно даже «не вооруженным взглядом» такому дилетанту в местных реалиях, как Андрейке. Землянки ведь типичны для селян. Большая землянка — значит тут целая семья обитала, возможно, что и не одна. Как правило ведь их ставили куда меньше.
Они прекрасно были осведомлены о том минувшим летом здесь резвились татары. И это здание выглядело так, словно выжившие поставили его. Сразу на всех.
А что это значило? Правильно. Что выжило не так уж и мало. Могли уцелеть и женщины.