Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Помещик. Том 1. Сирота»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ланцов Михаил Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Чем нередко пользовались, затягивая рассмотрения неудобного дела… а потом его рассматривать уже не требовалось, так как обвиняемый преставился.
Он прокручивал в голове всю дорогу сюда. Планировку кремля. Возможные пути отхода. И надеялся на то, что Устинка с Егоркой все еще не сдались властям или сбежали. А значит там, у них в лодке оставалась кольчуга с мисюркой, копья, щиты и сулицы с луком. А еще более пятидесяти рублей. И главное — прорваться туда, к ним, да утечь по реке в неизвестном направлении.
Оставалось понять — как.
Оружия у него не было. А тот человек, что стережет его, наверняка вооружен. Более того, этого товарища без всякого сомнения предупредили о том, чем закончился исход поединка его, Андрейки, с Петром.
«Что же делать?» — прозвучала в очередной раз, пронизанная отчаянием мысль в его голове.
Немного помедлив, он встал с сундуков, на которых лежал. И попытался их открыть. Но на каждом имелся массивный навесной замок. Обшарил всю комнату и почти было уже отчаялся, когда случайно не наткнулся на старый топор, который лежал в ворохе «хлама» в углу. Причем, судя по всему — боевой, так как лезвие его было узким. Почему его бросили тут — не вполне ясно. Возможно из — за трещины на обухе. Возможно по какой — то иной причине. По той же из — за которой здесь валялось несколько овчин, порванный тегиляй и еще куча всякой всячины.
Помнили о топоре или нет — бог весть. Судя по слою пыли он тут уже год, если не больше валялся. Так или иначе Андрейка прямо расцвел и приободрился, когда его нашел.
— Умирать так с песнями… — тихо, сам себе под нос прошептал он. И уселся поудобнее — ждать удобного момента для побега, который, по его мнению, мог наступить ночью. Или, если сторож отлучится по нужде…
[1] «Бабий бунт» в данном случае не нужно воспринимать в прямом смысле слова. В данном контексте это означает, что испуганные жены попросту «съедят» или «вынесут» мозг своим мужьям, опасаясь повторения сценария Евдокии в отношении их. Поэтому воевода про проклеваную плешку и шутит. Нельзя недооценивать способности милых дам в данном вопросе. Природа не наделила их силой, поэтому они используют другие приемы и способы отстаивать свои интересы.
Андрейка прислушался.
К двери приближался кто — то. Шаг за шагом.
«Может смена караула?» — пронеслось у него в голове.
Однако подошедший без лишнего промедления открыл дверь и вошел. Это был воевода.
Парень сидел на сундуке по — турецки, вполоборота к двери. И лишь чуть скосился на гостя, старательно игнорируя его. Далеко для рывка. А топор был под левой рукой, укрытой от входа его телом. И он не должен был наблюдаться с того ракурса.
— Остыл? — поинтересовался воевода.
Андрейка никак на этот вопрос не ответил. Да и что сказать? Разве он остыл? Отнюдь.
