Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Помещик. Том 1. Сирота»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ланцов Михаил Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Андрей Прохоров, смертельно больной, отправляется в прошлое с целью найти шанс на жизнь. Он оказывается в 1552 году под Тулой, где ему предстоит справиться с трудностями нового мира. Сможет ли он выжить и устроиться в этом неприветливом поместье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Григорий словно знал, как поступит Петр и не переживал за выданные деньги.
— Так у него с Петром дела не ладились? Почему он сразу эту вражду не погасил? Отрок или нет, но обижать сироту, отец которого голову сложил в бою — постыдно. Куда он смотрел то?
— Я мню, не успел. Тут и Андрейка в свою породу уродился — горячий да резкий. Ни слов, ни дел не боится, несмотря на юные лета. Да и Петру шлея под хвост попала. Он обычно такими глупостями не промышлял. А тут… словно его подменили. Так что пришлось Григорию наказывать уже вдову Петра, чтобы другим не повадно было. Сурово, но…
— Как я понял, кое — что Григорий умолчал. А потом еще постарался примирить Андрейку с родом Петра через брак с Марфой.
— А это еще зачем ему?
— У Петра хватало связей и влияния. Например, один тульский сотник его свояки, а еще один — зять. Паренек же. Он внук Степана Седого и Семена Крапивы. Если бы они узнали, что в Туле затравили и сгубили их внука, то в лепешку разбились бы стараясь отомстить обидчикам лучше другого. Эти двое уже давно притча во языцех и хорошо известны на всю Коломну. Сказывают, что их боевитый нрав сам Государь примечал. И если бы это соперничество в мести началось, то они бы на родичей Петра в набеги ходили бы пока царь не вмешался бы и не наказал всех сурово. Людей, что за Степаном, что за Семеном немного, но они все как на подбор — лихие и славные в ратном деле.
— Безумие какое — то… — покачал головой Макарий.
— Григорий каялся, что недосмотрел, что должен был паренька под свое крылышко взять, помня о том, какие проблемные у него родичи. Но…
— Андрейка, — осторожно произнес отец Геннадий, — начал сказывать, будто бы его отец умер за веру, царя и отечество. И это очень всем вокруг понравилось.
— Это он сам удумал? — неподдельно удивился митрополит.
— Я же сказываю — голова светлая…
Князь и боярин Иван Федорович Мстиславский, будучи среди прочего, спальником[1], помогал молодому[2] царю Иоанну свет Васильевичу частично разоблачаться после тяжелого дня. И, улучив момент, заметил:
— … вклад — это дело богоугодное, — кивнул Мстиславский, реагируя на желание Государя пожертвовать одному из монастырей новые дорогие ткани на покрытия мощей. — Но нужно у митрополита узнать, когда он в суете своей уймется, нужно ли оно или им? Может быть в чем еще нужда у них имеется?
— В суете? — вычленил ключевое слово царь.
— А ты Государь не ведаешь?
— Да безделица, — небрежно махнул рукой князь. — В Тулу у митрополита несколько огненников ездили да диакон по особым поручениям.
— В Тулу? — удивился Государь.
— Ну да. Там еще недавно народ волновался.
Иоанн Васильевич напрягся.
В той среде, в которой он жил, не быть подозрительным можно было только после смерти.
