Автор
Она оказалась в центре неожиданного события, когда он заявил, что она никто. Между ними возникло напряжение, а последующие моменты полны борьбы за отношения и чувства. Теперь ей предстоит разобраться в этих сложных отношениях и своих желаниях.
Поцеловал грудь, но я тут же ладонями прижала лифчик, не давая опустить его вниз. Понимала, что, если Дамиан посмотрит на мою грудь, я сгорю от смущения.
— То, что на этой кровати ты собираешься спать с гребанным стариком.
— Я не понимаю, как ты вообще можешь мне что-то говорить. Ты женат. И Кано не старик. Ему чуть больше сорока и он выглядит превосходно.
— Замолчи… — Дамиан укусил меня за плечо и я болезненно зашипела.
— Ты… О, Боже… — я вновь простонала, когда парень буквально сорвал с меня трусики и, отбросив их в сторону, опять пальцами коснулся лона, вновь разжигая искры и возвращая себе контроль над моим телом.
Кое-как, подрагивающими ладонями я опустила ткань юбки, чтобы прикрыться, но руку парня прогнать не смогла. Не с моим вялым сопротивлением.
— Дамиан… Прекрати. Нам нельзя, — хотела сказать резко и уверенно, но, в итоге, опять простонала. — Рубен...
— Кажется, я уже говорил, чтобы ты вообще не произносила его имя, — Дамиан пальцами сильнее надавил на мое лоно и я прогнулась в спине, желая не то свести ноги, не то раздвинуть их шире.
Со мной происходило нечто непонятное и с каждым мгновением я все отчетливее теряла самоконтроль, поддаваясь рукам Дамиана. Отвечая податливостью на его прикосновения и продолжая извиваться.
Понимала, что нам действительно нельзя, но почему-то не останавливала парня. Сознание окончательно затуманилось и я, отбрасывая здравый разум, горела лишь одним моментом, из-за чего упустила то, что Дамиан отбросил в сторону полотенце и вот моего лона коснулось нечто горячее, большое и невыносимо твердое.
Одно резкое движение и низ живота пробило от невыносимой боли, из-за которой я закричала и ногтями впилась в руки Дамиана. Даже толком не поняла, что произошло, но ощущала себя так, будто там внизу живота все обожгло раскаленным металлом и сквозь невыносимое жжение пробивалось ощущение крайне непривычной и слишком сильной наполненности от которой хотелось избавиться. Будто в меня что-то засунули, а я хотела это убрать.
К счастью, это «нечто» исчезло и сквозь безумное биение сердца отдающееся в ушах барабанной дробью, я услышала:
— Ты была девственницей?
Несколько прерывистых вдохов и сумбурное сердцебиение. Я растерянно раскрыла глаза и в полумраке комнаты, увидев на белоснежном одеяле кровь, наконец-то поняла, что произошло.
Сознание полыхнуло и я дрожащими пальцами схватила подушку, которую тут же бросила в Дамиана.
— Ублюдок… Что ты натворил? — зашипела, хватая вторую подушку и пытаясь ею ударить парня.
