Автор
В зале полный шопинг-клуба столкновений сердец и соперничества. Саша в ужасе слышит голос подруги, упрекающей ее за предательство. В этот момент Романов появляется, словно из тумана, готовый развеять все их сложные отношения одним вздохом.
Весь вечер не утихают перешептывания на наш счет, все же арест Артема и обвинения Лины — это наиболее резонансная новость завесь год. Ну и тот факт, что Полянский впервые появился в обществе со своей спутницей, у которой на пальце камень стоимостью с квартиру в центре города, не смог не остаться незамеченным.
Интересно, что он выдумает, когда придет время расставания?
— Как насчет танца? В прошлый раз ты мне отказала, — с теплой улыбкой смотрит на меня Артем, а у меня уже голова кругом идет от всего этого.
— Да, я…
Я замолкаю на полуслове, потому что краем зрения случайно выхватываю фигуру Романова. Он стоит лицом ко мне, увлеченно о чем-то разговаривает с собеседником. На его лбу залегла хмурая складка, он что-то резко отвечает тому, чем-то недоволен. Удивлена, что после такого провала он вообще решился выйти в свет.
— Саша, — зовет меня Артем, щелкая перед моим носом пальцами, чтобы привлечь мое внимание.
— А? — отвлекаюсь от Андрея и возвращаюсь взглядом к Полянскому.
Тот внимательно наблюдает за мной, а потом поворачивается, чтобы понять, кого я увидела, что выпала из реальности. Я замечаю, как резко меняется настроение Артема. Улыбка вмиг исчезает, а в глазах загорается опасный огонек.
— Все еще забыть не можешь его, Саш? Так зацепил? — спрашивает с циничной усмешкой на губах.
— Разве я похожа на женщину, которая страдает от неразделенной любви? — Смотрю на Артема с вызовом: его тон задевает меня. А еще мне непонятно это недовольство, что исходит от него.
Хотя вру.
Это ведь можно считать ревностью? Если так, то я не против позлить его еще немного.
— Как ты уже могла убедиться, я плохо разбираюсь в женщинах, — констатирует он, внимательно вглядываясь в мое лицо.
— В таком случае, если тебе все же интересно — нет, у меня никаких чувств к Андрею не осталось, кроме неприязни и раздражения, — зачем-то признаюсь я.
— Рад это слышать. А теперь, может, перестанешь прожигать его взглядом и мы все же потанцуем? — протягивает ко мне руку Полянский, заметно расслабляясь, и я вкладываю свою ладонь в его.
— Только предупреждаю: я танцую чертовски плохо, — следую за ним на середину зала.
— Я помню.
Артем останавливается, обхватывает меня за талию и притягивает ближе к себе. Я кладу ладони на его плечи.
