Автор
В зале кафедры Феликс Семеновича Тихомировой оживали все троецать два его зуба, словно на него навесили амбразуру из металлических шпор. Молодая студентка Тихомирова с улыбкой вставила свой «недопуск» к сессии прямо в сердце декана — и тот вздохнул, словно его жизнь до этого состояла исключительно из этих двух фраз: "Давайте только быстро" и "Что у вас, Тихомирова?"....
Похоже, «Помощница для профессора» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Разве не видно? Просто замечательно.
— Ужин доставили? Вы поели?
— Ага.
— Это хорошо. А остальные мои покупки?…
— Уже в твоей комнате. Это тоже туда поставить? — уточнил босс.
— Да, разумеется. Я вам нужна еще?
— Нет.
— Тогда я пока почитаю у вас в кабинете. Не забудьте дать на чай.
Исаев пробормотал что-то невразумительное. Я не стала переспрашивать, находиться рядом с ним в таком состоянии становилось действительно опасно.
В кабинете Исаева меня встретили книжные стеллажи от пола до потолка. Каково же было мое удивление, когда я нашла среди скучных юридических трактатов нашумевшую академку-постапокалипсис Матвея Тойфеля*.
Ого. У Романа Андреевича на полке еще и вся трилогия целиком. И в довершение на форзаце книги оказался автограф автора и дарственная надпись.
— С бесконечной благодарностью за помощь и поддержку в трудные времена. Спасибо, друг, — прочитала я вслух.
Окончательно заинтересовавшись, забрала первый томик академки и вернулась вместе с ним в комнату, по дороге завернув на кухню за собственным ужином.
— Твоя скамья, — объявил позади меня Роман Андреевич, занося в комнату сооружение из черного дерева и кожи.
— Спасибо. А откуда у вас подписанная книга Тойфеля? — не сдержала я любопытство. — Вы не похожи на любителя магических академий.
Исаев улыбнулся как-то тепло и загадочно. На миг мне показалось, что босс отменил режим холодильника, но он очень быстро собрался и снова стал айсбергом.
— Я помог ему в начале карьеры. Издательства составили отвратительный договор, мы сделали его удобным. Благодаря этому Матвей смог отдать книги на перевод и издаться за границей. Ну а я получил известность в узких кругах.
— О, это было дело, после которого вы проснулись знаменитым?
— Можно и так сказать. Меня сразу позвали в «Фемиду», от клиентов не было отбоя. Уже через год я стал партнером.
— Вы, наверное, были в восторге от такой карьеры?
— Пожалуй, — пожал он плечами. — Ничего не забыла, Настя?
Исаев протянул руки, и я подскочила к нему, вообразив, что он хочет объятий.
Проклятье, он ведь имеет в виду рубашку, которую нужно расстегнуть и снять. Спасибо, господи, что включил мой мозг вовремя. Надо прекращать витать в облаках и на что-то надеяться.
Я безмолвно и безукоризненно раздела босса, подала ему рубашку, которую он небрежно закинул на плечо.
— Доброй ночи, — бросил он и лукаво прищурился. Будет издеваться.
