А когда тот открылся, достал из него бархатную коробочку и вернулся.
– Ну же, Дилли, скажи да.
Перед моими глазами оказалось изящное старинное кольцо с узким золотистым камнем. Оно сияло и переливалось в свете свечей, манило, плескалось светом и уговаривало согласиться.
– Да скажи ты уже да! – Послышался откуда-то справа приглушенный сиплый голос, и я только сейчас заметила подпрыгивающий на каминной полке Свод проклятий. – Дилли, ну чего ты тянешь? Соглашайся! – Торопил меня Герхард. – Сколько можно уже?
– Лорд Хаксли, – тихо ответила магу, отвернувшись от нетерпеливо похлопывающей обложкой книги. – Я… Я бы очень хотела согласиться. Но вы и сами знаете, что это всего лишь проклятие."
"Слова падали в тишину кабинета тяжелыми камнями, и их грохот отзывался в сердце болью, но, как бы мне ни хотелось сказать да, я действительно не могла. Просто не могла принять предложение, сделанное под влиянием проклятия. Что бы ни говорил лорд Хаксли, я ведь понимала, что если бы не оно, маг на меня даже не посмотрел бы. А что будет, когда проклятие исчезнет? Да муж меня тут же возненавидит и попросту сживет со света своей нелюбовью и презрением.
– Вот же глупая девчонка, – расстроенно проворчал Герхард. – Собственного счастья не видит. Совсем слепая.
– Дилли, это единственная причина твоих сомнений? – Одновременно с ним спросил лорд Хаксли.
Он говорил спокойно, но в глубине его глаз все сильнее полыхало пламя. И это лишний раз подтверждало мою правоту. Проклятие никуда не делось. Оно стало только сильнее, влияя на разум и поступки лорда Хаксли. И это заставило меня окончательно утвердиться в своем решении.
– Высшие аристократы не женятся на тех, кто ниже их по происхождению, – заставив замолчать глупое сердце, убеждающее меня согласиться, объяснила магу. – К тому же и король никогда не одобрит такой брак.
– Дилли, я повторяю, это единственное возражение? – Уточнил лорд Хаксли, а когда я кивнула, он твердо сказал: – Пусть тебя не беспокоят формальности, я все улажу. И с проклятием тоже.
Как же мне хотелось поверить! Но что-то внутри не давало. Я и так уже натворила дел, отдавшись лорду Хаксли в той ловушке. А он ведь об этом даже не помнит. А что будет, когда память вернется? Как он на меня посмотрит? Точнее, что будет, когда после первой брачной ночи он поймет, что я не девственница?
Щеки обдало жаром. Пресветлые рукописи! Не хватало еще, чтобы лорд Хаксли посчитал меня распущенной и легкомысленной девицей!
– Лорд Хаксли, я вам очень благодарна, правда, – едва не задохнувшись от того, что представила, посмотрела на мага. – Вы дали мне работу и спасли Дэйва, я никогда этого не забуду. Но ваше проклятие… Это ведь оно виновато в ваших чувствах.