Автор
Героиня потеряла память и восстановила свою жизнь за последние десять лет. Но встреча с безжалостным принцем тёмных фейри переворачивает её мир с ног на голову. Теперь ей предстоит разобраться в тайнах прошлого и выжить в опасном королевстве, где каждый шаг может стать последним.
Это существо опасалось меня, но желание познакомиться перевешивало страх. Откуда я мог вообще чувствовать все это и с каких пор стал эмпатом? Вздрогнул, когда в кромешной темноте моей щеки коснулась прохладная эфемерная ладошка. Зверь внутри меня зарычал, но маленькое любознательное существо не испугалось, вторая ладошка легла на щеку и поднялась выше к виску, остановилась там. Легкий импульс доброжелательности и мой внутренний хищник принюхался. А потом заурчал. Что-то странное творилось со мной, я снова дернулся, сознанием, желая очнуться, но не смог до тех пор, пока меня не отпустили."
"— Я приду еще? — странный вопрос, заставил замереть. Я не ответил. — Я приду еще, — уже утвердительно ответило маленькое существо, излучающее неподдельный интерес и, которое принял мой внутренний зверь.
Я закашлялся, пыльная взвесь забралась в ноздри, мешая беспрепятственно дышать. Земля начала уходить из-под тела, насыпь опадала, кто-то ругался рядом. Открыл глаза и прищурился. Предатели или верные соратники, кто стоял передо мной? Меня выдернули из земляного плена, рана дала о себе знать. Вот тьма!
— Вы ранены, ваше высочество, — пробасил Рондан.
— Все нормально, — снова закашлялся я.
— Нам нужно торопиться. Вам придется потерпеть, — пробасил воин. Еще двое фейри, маячивших рядом, цепко осматривали окрестность рудника, Гартис, один из воинов, привел нам верпов.
— Где остальные? — спросил я, ведь был последним кто замыкал отряд. Под завал попал только я, не считая предателя.
— Они предали вас. Мы убили их, — сквозь зубы процедил Рондан. Парни и вправду выглядели лишь немногим лучше меня. — Нужно убираться отсюда как можно дальше.
Я кивнул, с трудом, но забрался на верпа, рана не кровила, но если не обработаю ее в ближайшее время замечательные ощущения мне гарантированы. Но прежде…
— Принесите клятвы.
Никто из выживших бойцов даже не сказал и слова против. Они молча разрезали себе ладони и поклялись в верности лично мне. Теперь можно было не опасаться еще одного удара в спину.
Меня штормило, а осознание периодически уплывало, лишь желание и стойкое ощущение, что каждое наше промедление будет стоить жизни, останавливало меня от привала. В том состоянии в котором я пребывал, не смогу противостать нападению. А тот, кто это все затеял, однозначно хорошо подготовился. Осталось выяснить кто.
