Автор
Таня тихонько стучала в стену соседского дома, надеясь что они услышат и поймут о ее проблемах. Но даже этот старый добрый способ коммуникации показался ей слишком ненадежным. Теперь она понимает смысл сложных молчаливых сигналов в домике напротив - все так же измотаны буднями и унынием, как и Таня....
Бабушка ею очень гордилась.
— Хорошие переводчики хорошо зарабатывают. А тут такая бедность… — Павел обвел небрежным жестом кухню, намекая на ее неприглядность.
— Так и зарабатывала, пока этот Владик, чтоб его черти взяли…
Разговор прервало хныканье ребенка.
— Ма-ма-ма-ма, — бормотал малыш.
Наталья Павловна, всплеснув руками, побежала на звук. Павел, попивая кофе, неспешно двинулся следом. Да уж… Досталось Татьяне. Тут кто хочешь, озвереет. Интересно, что же все-таки приключилось с ее работой, и кто такой Владик?
— Привет, Данюшка, привет, мой хороший.
Кокон на диване завозился. Таня открыла глаза. Ну и вид у нее… Обнять и плакать. Половина лица опухла, волосы свалялись и повисли сальными сосульками, из-под которых торчали смешные маленькие уши. Да уж… Не повезло бабе с внешностью.
— Танюш, ты как, милая?
Лающий кашель был ответом на вопрос. Видимо, этот звук испугал ребенка, потому что тот истошно завопил. Таня протянула руки к сыну и прохрипела:
— Давайте его сюда.
— Ему бы поесть, — встрял в разговор Павел.
Таня зыркнула на него из-под насупленных бровей:
— Отвернитесь.
А потом (он даже не успел сориентироваться) расстегнула пуговицы на ночной рубашке и оголила грудь. Черт… Она же не собирается… Эээ… Ладно. Собирается. Павел, не веря своим глазам, уставился на то, как мальчишка жадно присосался к груди. У нее, что, совсем стыда нет?
— Господи, да вы отвернетесь, наконец?
Что?! Это она у него спрашивает? Черт. Он, наверное, и в правду, выглядит, как какой-то маньяк.
— Таня, ну ты чего, — шикнула на женщину Наталья Павловна. — Знаешь, как тебе сосед помог! И за лекарствами сходил, и всю ночь подле тебя дежурил. Как, кстати, зовут соседа? А то вторые сутки общаемся, а познакомиться не удосужились…
— Павел, — неловко поворачиваясь, отрапортовал мужчина.
— А я Наталья Павловна. Можно по-простому — тетя Наташа. Ну, а с Танечкой вы уже знакомы.
Ага… Имел несчастье познакомиться.
— Танюш, как же ты теперь, а? Давай, я Данюшку к себе заберу, хоть до вечера. Не дело это, что ребенок возле тебя.
— Ладно, — прохрипела молодая женщина и зашлась кашлем, заглушая тот рукой.
Ребенок вздрогнул и заплакал. Павел невольно обернулся. Таня, поглаживая малыша по щеке, снова приложила того к груди.
