Автор
Таня тихонько стучала в стену соседского дома, надеясь что они услышат и поймут о ее проблемах. Но даже этот старый добрый способ коммуникации показался ей слишком ненадежным. Теперь она понимает смысл сложных молчаливых сигналов в домике напротив - все так же измотаны буднями и унынием, как и Таня....
Таня растерянно взяла из рук мужчины какой-то документ.
— Свидетельство о праве собственности? — удивленно процитировала женщина.
— Угу. На квартиру.
— Ничего не понимаю…
— Да, что тут понимать? Я на тебя эту квартиру переписал, чтобы тебе спокойнее было. Расширяться нам нужно срочно, а рефлексировать ты еще будешь, невесть, сколько. Теперь-то можно квартиры соединять?
Таня потрясенно уставилась на мужчину:
— Ты переписал на меня свою квартиру?!
— Ну, да. Правда, думаю, что погорячился… Мы-то поженимся. Фамилию тебе поменяем однозначно.
— Ты переписал на меня квартиру, чтобы мне было спокойнее?!
— Угу…
— И ты собрался на мне жениться?!
— А… Ну, да, вообще-то. Как-то все неправильно получилось, да? Нужно было на колено, и все такое? Ну, уж прости, не мастак я красиво говорить. — Павел похлопал по карманам, достал кольцо, и не сразу заметил, что Таня вообще едва дышит.
А она и не дышала! Иначе бы точно заревела, испортив такой прекрасный момент.
— Вот. Надеюсь, подойдет… — Павел взял любимую за руку и надел кольцо. Аккуратное такое, из белого золота с небольшим, но чистым бриллиантом. — Нравится?
Таня стояла не живая — не мертвая. Закостеневшая от шока. Ее сил хватило только на то, чтобы кивнуть, как болванчик.
— Вот и славно! Кстати, я и по поводу Даньки тоже проконсультировался. Мы, как поженимся, я его запросто могу усыновить.
И тут Таня не выдержала. Нет. она, конечно, понимала, что ведет себя совершенно неадекватно, что слезы — это последнее, на что рассчитывает мужчина, делая предложение, но… Как тут удержаться, когда ради тебя мужчина идет на такое?! Когда предлагает то, о чем ты и мечтать никогда не могла.
— Ну, что опять не так?!
— Все та-а-ак. Спасибо. Спасибо тебе, хороший мой… За то, что ты такой мужчина… За то, что встретился на моем пути.
Павел стал на пол рядом с Таней, сгреб Даньку, который, глядя на мать, и себе удумал реветь, обнял и его, и женщину:
— Ну, все, милая, будет тебе… Все же хорошо.
Таня заголосила еще сильнее. Павел закатил глаза и улыбнулся. С такой женой не соскучишься. Хорошая она у него все-таки… Любимая. Глядишь, и его полюбит…
В общем, они отгуляли и Татьянин день, и свадьбу, на которой все же настояла Тамара Васильевна.
