"
"– Что такое «мадам»?
– Уважительное обращение к женщине на моем родном языке. Извините, оговорилась.
– Продолжим занятия.
За полдня исписано чуть менее половины тетради, я молодец, записала лекцию почти дословно! Кстати, эти решетки очень душевно накладываются на изображения рун. Васька втихаря скопировал Дайанины решетки в конспект. Дома вытащим их, увеличим изображения рун до нужных размеров… и что-то мне подсказывает, что линии рун четко разместятся в клетках шаблонов. Или нет?
Васька тихо бубнит влево-вправо-прямо, о, здрасьте, это столовая! Ура, тут еще и кормят! Усаживаюсь за стол, прямо сквозь столешницу протискивается голубой подносик с едой. Ух ты! Три блюда: салатик, какое-то мясцо с непонятным гарниром и чашка с напитком. Эх, сюда бы хлебушка…
Следующие два часа группа артефакторов машет холодным оружием, у них это зовется боевым искусством, а я сижу в зале для тренировок у стены и с Васькиной помощью вращаю так и этак первые восемь рун, предназначенных к изучению в первую неделю. Названия у них головоломные, но это потом. А сейчас пытаюсь понять, откуда у рунного рисунка ноги растут.
Кстати, группа меня сторонится, бог ты мой, какая печаль, они бы еще бойкот объявили. Детский сад, группа «Батончик». На исходе второго часа прошу Ваську пронумеровать клетки шаблона справа налево и сверху вниз арабскими цифрами, ибо, если нумеровать здешними, последние мозги вывихнешь – система довольно сложная. Теперь копируем решетку и накладываем на первые две руны. Упс, так и есть!
Это матрица восемь на восемь, голая высшая математика, действия с матрицами, ладно, дома потренируемся. Васька прячет оба рисунка и сворачивается клубочком в рюкзачке. Пущай спит, а мне осталось еще два часа и на выход. Дома будем думать, что с этими матрицами делать.
Похоже, думать на ходу вредно, со всей дури врезаюсь в спину, обтянутую преподавательской мантией. Персонаж роняет книги, тороплюсь поднять и столь же торопливо извиняюсь, Васька торопит, сейчас начнется последнее занятие, а нам еще пол-этажа бежать.
Влетаю в аудиторию, фу-у-ух, препода еще нету.
«Мое» место свободно, обвожу группу внимательным взглядом, засранцы замерли в предвкушении, ну-ну, господа сопляки, сейчас посмотрим, чьи в лесу шишки.
С разгону усаживаюсь на стул, ба-бах! Оборачиваюсь… мама дорогая, вся мажорская лавочка под столами, половина аудитории в отключке, вот кретины. Есть, определенно есть общее меж придурками двух миров – жизнь их ничему не учит.
Единственный, кто приветствует препода стоя, это я! И это тот самый крендель, сквозь которого я так неосторожно пыталась пройти. Приятной внешности молодой мужчина – слава тебе боже, человек на этот раз! – непринужденно занял место за кафедрой.