Тут думать будем коллективно, и не исключено, что не третью ночь, а, скажем, каждую шестую его сиятельство поспит с пятого на десятое.
– Госпожа тен Аори, мне уже страшно! – Серый Бык (ну и имечко!) хмыкает многозначительно. – Смените выражение лица на более соответствующее прочувствованному монологу владельца театра. Нас приветствуют.
За моей спиной хрюкает Орон, еще один маг разума, мать его! Все время забываю, что они эмоции читают, как открытую книгу, а уж мимика и прочая моторика тем более не тайна за семью печатями для данных нелюдей. Как некстати заупрямился мальчонка из Лейновой родни, очень бы мне пригодился собственный мобильный отряд шустриков из местных гаврошей. Ну, пусть не гаврошей, а юных авантюристов.
Игнорирую иронию своих уважаемых спутников, как ни странно, захваченных театральным действом. Честно говоря, я с некоторыми опасениями отважилась на визит в здешний храм искусства, боялась, что оный будет напоминать театр «Кабуки». А вот и нет, магия рулит и здесь, история любви Стевеллина Альпина и скромной орочьей девушки оборвалась коварством королевской родни. Не Монтекки они и даже не Капулетти, но девушку прямо на сцене обратили в статую из мрамора, на какую-то левую претендентку натянули личину красавицы и окрутили короля с этой мымрой. Трагедия, ясный перец! Но актеры играли настолько правдиво, что в какой-то момент привычная ирония испарилась, и очнулась я, когда пьеса окончилась, с трудом разжав стиснутые руки. Глаза мои полны слез, с ума сойти… Потрясающие декорации! И это вам не размалеванные задники МХАТов с Мариинками! Магия творит не только иллюзорные чудеса, но и вполне вещественные. Какие наряды у актеров, боже мой! Главный злодей, невероятно красивый орк с бархатным баритоном и сатанинским смехом, претендент на престол и мерзавец, заставляет и сейчас стискивать зубы. Руки мужчин-зрителей нашаривают рукояти мечей и кинжалов.
Актеров тут почтили общим вставанием, весь зал поднялся в едином порыве. Аплодисменты не приняты в Эрин и актеров не вызывают на «бис». Их вообще не вызывают. Кстати, самих актеров никто не знает в лицо, такова традиция, к тому же любые намерения принести личные поздравления пресекает эльфийская стража. И это замечательно, на мой взгляд, не фиг господам-ценителям девушек обижать, хотя нельзя сказать, что озабоченные мачо не пытаются проникнуть в святая святых.
По всему театру дамы промокают слезы, мужчины покашливают, а Орон и шаман погружены в размышления. Публика потянулась к выходу, а мы все сидим в ложе. Васо свернулся клубочком у Орона на коленях, спит, похоже.
– Красивая легенда, – бормочу я.
– Это не легенда, – Серый пристально разглядывает боевой перстень, вынутый из кармана, – благородная Джейдера принадлежала моему роду.