Просто нет слов, господа, очень стильно!
– Ну как? – я покрутилась перед домочадцами.
Васо невесомо возлежит на плечах, головой меж лопаток, обернув хвостом шею, ему строго приказано бдить тыл. На этот раз он льдисто-серебряный, глаза сияют, как голубые топазы, и головка слегка покачивается при каждом моем движении, народ ахнул! Некромантский символ переливается на правом плече, волосы взбила как попало, выровняла по линии плеч и залила серебристым лаком. Морщинистое лицо выглядывает из сияющего ореола, как кукушка из часов, прикольно!
– Интересный образ, – Славка дипломатично уступил честь восхваления Ваське.
– Да, бабуль, – Васька не менее дипломатичен в высказываниях, – где мои семнадцать лет…
– Ну что, поехали? Кстати, господин ден Тайос, по протоколу мы не вправе брать с собой охрану.
– Разумеется, госпожа тен Аори. Желаю вам успеха.
Наклоняю вежливо голову, что-что, а успех бы не помешал.
Во дворец мы прибываем к восточному входу, как и предписано в той пригласительной грамоте, где синим по белому писано «мы повелеваем». Докладываю какому-то встречающему павлину в раззолоченном кафтане, мол, госпожа тен Аори с семейством. И началось длительное путешествие по анфиладам, сменяющим какие-то странные альковы и натуральные сады посреди залов непонятного назначения.
Королевская резиденция нисколько не напоминает Зимний дворец, лаконичные интерьеры, вполне себе темно-эльфийское оформление, весьма напоминающее наш хай-тек. Мне заранее объяснили, что королева Малори не выносит ковров и ковровых покрытий, зато весьма жалует теплое дерево и привыкла к лаконично-военизированной обстановке дворца родного клана.
Путешествие обрывается у высоких дверей, украшенных соединенным гербом короля и королевы. Мои спутники выглядят браво и необычно, особенно Васька, черные косицы, собранные в хвост на затылке, парят в воздухе, не поднимаясь выше ушей – прикольная прическа. Рядом с обоими мужчинами я сильно напоминаю серую моль со взбитыми волосами, но так и задумано. Я маленькая, худенькая, безобидная, а что рожа синяя, так это у меня было тяжелое детство, блин!
Я нервно улыбаюсь, Васька галантно подставляет локоть и, приняв на сгиб руки мою холодную лапку, успокаивающе поглаживает руку. Славка снова показывает мне наш коронный жест «прорвемся», многозначительно опускает руку на эфес несуществующей шпаги, подмигивает, и меня внезапно отпускает тревога.