– Я на праздник хотел сходить, – выдавил я улыбку. Милая девочка разве что молнии в монаха не метала.
– Это твое дело, но завтра придут три члена суда к тебе домой, и мы разберем ситуацию на рыночной площади. Люди опрошены, мнение составлено.
– А в чем смысл суда? Если мнение составлено? – Карета качнулась и остановилась.
– А в чем смысл суда? Два из троих хотят тебя оправдать, нужны доводы с твоей стороны. И ты свободен. Принц, кстати, уже в курсе и завтра планирует разнести минимум две головы – твою и далее по списку. И кстати, твоя любимая жена занимается колдовством в городе, что недопустимо.
– Неправда, она мне чай вкусный варит и все, – отмахнулся я, меня подняли в сидячее положение, монах подставил свое низкое плечо для поддержки, и мы вылезли из кареты.
– Правда или нет, вообще-то не вопрос. Но пока люди молчат, мы будем терпеть. Только рамки не перейдите, опасно это.
Меня донесли до дома. Я упал на стул за столом и нащупал кружку с холодным чаем. Утолив жажду, посмотрел на моих спасителей.
– Леди ведьма, не сочтите за труд пройти со мной к карете, – сказал монах и вышел за дверь. Мирия с дикими глазами посмотрела на меня.
– Иди, он точно ничего плохого не сделает. Слишком свят для этого.
– Хорошо, – сказала она и вышла."
"Вернулась она через минуту, неся мою косу на вытянутых руках. Ба! А коса-то расцвела. Словно цветок тьмы клубился вокруг лезвия. Видать, убивать клинку нравится. Мирия подошла ко мне, и я взял косу, почти моментально коса ожила и вонзила свое лезвие в мою рану, изогнувшись словно змея. Сказать «было больно» – промолчать. Терзал меня клинок не менее трех минут, прежде чем я, наконец, сумел вынуть подлое лезвие из своей раны, прикрытой тканью. Кровищи было до пояса. Однако стоило последнему миллиметру стали покинуть мое тело – боль ушла. Я даже не поверил и потер поврежденное место. Вах! Сорвал разрезанную ткань.
– Мири, посмотри… Э-э-э… – Девушка лежала на полу без чувств. Вот, блин, ведьма доморощенная…
Мирию я поднял на стул и пару раз шлепнул по щекам, потом набрал в рот воды и выдул воздушную взвесь. Ведьмочка проморгалась и посмотрела на меня, затем обняла. Все нормально, все позади… Но о целебных свойствах холодного оружия я пока не слышал. Вот и первый прецедент. Я поцеловал жену и отстранился.
– Готова? – спросил я у жены.
– К чему? – заморгала она часто-часто, как ребенок.
– Мы собирались на бал! – А чего? Жизнь и сила из меня хлестали, как из фонтана. Почему бы и не прогуляться?
– Ты уверен? – робко спросила она.
– Абсолютно, теперь нас там точно никто не ждет…
Карета, разумеется, к нам не приехала, кто же знал, что на мне заживает как на собаке. Однако нам все же не пришлось идти ножками под моросящим дождем.