Сам же монах был обескуражен и весьма польщен. А секрет прост – его топор просто сиял чистотой и свежей заточкой.
Шут прошелся перед проигравшими и… вот же гад! Пожал-таки мне руку. Глаза его на миг затуманились тьмой, а потом он просто и коротко мне кивнул и улыбнулся. И пошел дальше…
Мы спустились с помоста и принимали поздравления. Мухлежа никто не заметил, кроме тех, кто был на сцене. Меня хлопали по плечу и успокаивали, говорили, что и мой час придет. А я вытянул жену из людской массы и вывел на улицу. Что было приятно, здесь мы были не одни, многие вышли, дабы подышать свежим ночным воздухом. Мы перекинулись парой слов со стоявшими рядом и направились на выход. Яркая луна, высунувшаяся из облаков, освещала дворцовый парк. Карету мы наняли прямо у ворот и направились не домой, а в свой соседний квартал, дабы убрать ненужные разговоры. День был действительно тяжелым и выматывающим. Мы, не сговариваясь, пришли в спальню, сняли душные костюмы и повалились на постель…
Утро началось как обычно – с ненависти, отрицания, гнева, принятия и завтрака. И еще с незваного гостя. Монах Рон после моей женитьбы стал немного аккуратнее относиться к личному пространству, стучать, например, начал, гадостей в доме говорить поменьше. Вот и сейчас он смотрел на меня в дверях и держал свой кубок победителя.
– Доброго утра тебе и твоей жене, темная твоя душа.
– Доброго, поздравляю с победой! Из тебя вышел бы отличный палач, – сказал я и пропустил гостя в дом.
– Не ругайся так. И вообще, откуда вести пришли? Я вроде первый пришел. Добрый день, ведьма-хозяйка, – поклонился он Мирии.
– Доброго дня, милейший раб света. А где ваша ведьма? Пропили по дороге? – монах посмотрел на меня чуть ли умоляющим взором.
– За что меня все так? Я же не пьяница! Темные силы опять хотят меня со света изжить?
– Рон, не обижайся. Присаживайся. – Мы сели за стол, и Мирия поставила тарелку для монаха.
– Как твое плечо? – вспомнил монах про меня.
– Прошло практически. Так, где твоя ведьма?
– Да что вы пристали? Я ведь и уйти могу! А госпожа Вероника никакая не ведьма, она хорошая и добрая прихожанка. – Монах задумался. – Да и откуда вы это знаете? Подлые черти! Пугаете старого человека, хлеба не предлагаете, и ворона ваша недобро на меня смотрит. – Я скосил глаза на подоконник. Ага, не восхваленный герой сидел у закрытого окна и недобро на нас поглядывал. – Прогоните его!
– Да, я как бы ему жизнью обязан, – сказал я и пошел открывать окно. Ворон влетел в помещение и сразу сел к моей тарелке, стал жадно глотать мой завтрак.
– Ты мне! жизнью обязан! Я тебя на карете привез, я твое орудие зла с собой забрал! Твари тьмы… чтоб вас ангелы покарали… – забухтел монах и принял хлеб от Мирии. Жена подала мне новую тарелку.
– Не расстраивайся, брат Рон.