Вот эти вот «хазы», «глядящие» и прочие «фраерки» – они у вас откуда? По фене вас кто ботать-то научил. Да ещё так криво?
– Так батька твой и научил, больше некому. А что не так? Вроде всё, как он говорил. Я ещё, когда из герцогства уходил, словарик составил. Где-то тут был, – дворф с проворностью, никак не вязавшейся с его почти квадратным телом, скатился с кресла и принялся рыться в комоде, стоящем у дальней стены. – Во! Нашёл.
Он сунул мне в руки изрядно потрёпанную тетрадку, на обложке которой было на русском криво выведено «Базар по фене». Быстро пролистав её, я понял, что это эдакий русско-блатной мини-разговорник, причём часть слов была тщательно переведена, а часть просто использовалась прямо так, лишь схоже фонетически. Отсюда и торчали уши всех произносимых карликами несуразностей. Не то чтобы я сам был большим специалистом, но это уж слишком сильно бросалось в глаза и отдавало дешёвой карикатурой. О чём я и сообщил Фамсону.
Было видно, что тот расстроился. Всё же для вроде бы вполне взрослых мужиков, какой бы они расы ни были, очень важны всяческие отличительные признаки и знаки. Свой сленг, татуировки, нашивки, одежда, оружие. Всё это складывалось в определённую картину для мужского социума, в которой каждый мог определить положение другого в иерархической лестнице. А тут такой вот облом и подстава.
Посоветовав отправиться в то же Чёрное Герцогство, коли там обитают мои соотечественники, и попробовать отыскать кого-нибудь, не понаслышке знакомого с лагерным языком, я вынужден был отбить ещё одну попытку уговоров устроить в те края совместное путешествие. Вот прямо сейчас и вместе. В итоге пришли к удовлетворяющему нас обоих решению, что дворф ищет там себе толмача, а я когда приеду, проверю его работу.
На этом наша встреча вроде подошла к концу, когда внезапно Бирин попросил дать ему посмотреть мой молот.
– Да, – буквально облизав его от бойка до рукояти, цокнул языком бородач. – Теперь таких почти не делают. Мало осталось мастеров, способных сотворить текучее железо.
– Он что, ртутный? – с подозрением сказал я, резко задумавшись о своём здоровье.
– Ртутный. А-а… не, нету в нём меркуриуса. Повезло тебе, редкий экземпляр достался, особенно если учесть, что делался он под кого-то твоего роста. Да ещё и с секретом.
– О как. А что за секрет?
– Пошли во двор, покажу! И это, ты извини, но эльфа твоего мы всё же на бабки тряхнули. Иначе нас просто не поймут, начнутся вопросы.
– Это как понимать? – нахмурился я. – То ты лечишь меня, что поможешь и всё такое, а то прямо на ходу подмётки режешь. Там как бы и мои деньги тоже.
– Понимаю, – картинно развёл в сторону руки Бирин, – но по-другому не могу. Пацаны не поймут. А тебе лично позволь сделать небольшой подарок. Надеюсь, он компенсирует потерю.