Ответь мне, проход через Запретный город, этот самый Ирант Накарам, будь он трижды неладен, действительно запрещён? Или это, типа, красивое название?
– Я уже говорил тебе, что ездил там…
– Я не об этом спрашиваю! Да или нет! Одно слово!
– Да! Официально город был закрыт решением последнего царя дворфов. Но это было очень много лет назад! И никто, слышишь, никто этот запрет не соблюдает. Те же карлы шарятся там, когда хотят.
– Вот и пускай бы они там и шастали. Ты-то должен понимать, что подставляешься. И что нас всех подставляешь. При твоей профессии нужно учитывать все риски. А теперь ты строишь из себя институтку, с которой покувыркались в койке, но не женились, как обещали.
Глядя в бешеные глаза эльфа, я ждал, что он меня ударит. Но подобные вопросы следовало решать сразу. Нефиг вешать на меня всех собак.
– И на щит мой не смотри. Это мои личные дела с местным паханом. К нашим – никакого отношения не имеющие. Я даже больше скажу, это семейное дело. Это понятно? Вижу, у тебя есть большое желание почесать кулаки, что ж, давай. Но это нужно было сделать сразу, а не подставлять всех, завезя в очередную дыру с хреновой репутацией.
Ещё немного пободавшись взглядами, Гуэнь отвернулся. Видимо, мне удалось достучаться до разума ушастого.
– Эта долина вплотную примыкает к Царству Мико. Да, её не любят, и находиться долго тут тяжело. Через декаду появится необъяснимая тревожность и будет нарастать тем больше, чем дольше ты здесь остаёшься. Поэтому в ней никто не живёт, – эльф явно успокаивался и говорил уже своим обычным тоном. – Но опасного здесь нет практически ничего. Самое страшное, да и в принципе единственное – это группы кентавров, что приходят сюда справлять свои ритуалы. Но они никогда не превышают шести особей, и мы отбились бы с лёгкостью, особенно с твоей новой игрушкой.
– Не завидуй. Но обсудить ты со мной это мог? А не строить из себя обиженного.
– Ты не понимаешь, я за эти артефакты отвечаю головой.
– Думаю, что твоё начальство оценит, что ты сохранил вообще хоть что-то. Выбраться из подобных передряг, да ещё и привезти хабар, само по себе дорогого стоит. Тут уж не до количества. А я подтвержу, что охамевшие геи-краснолюды и их предводитель могли присвоить всё себе, если бы не твоя самоотверженная храбрость в деле защиты честно уворованных ценностей. – Кривая улыбка скользнула по тонким губам ушастого. – А теперь пошли, успокоим остальных, а то как бы наш здоровяк опять не принялся рассказывать страшилки.