Ему её было жалко, Немченко во многом продолжал оставаться землянином, только вот, чтобы помочь не одной этой конкретной пострадавшей, а вообще, нужно как можно быстрее помочь своим разгромить противника. Так что, больше не произнеся ни слова, он вернулся в сумрак и направился на улицу.
Он прошёл между двумя дымившимися дворами и увидел сбоку в извивающемся проулке на самом его конце схватку. Пришлось опять применять заклинание сумрачного пути, иначе далиорских парней постигла бы таже участь, что и в покинутом подворье, их было много меньше, чем врагов, пятеро против девятерых, включая ола, стоявшего за спинами своих солдат и руководившего боем. Атаковать магией он не спешил, видимо, или уже пустой как барабан, или посчитал, что в данной конкретной схватке можно обойтись и без заклинаний. Попаданец в этом отношении был с ним согласен.
Произносить пафосные речи при выходе из сумрака Немченко не стал, он воин, а не актёр. Молча засадил кинжал под левую лопатку стоявшего спиной к нему лейтенанта и был готов в случае наличия у миллетского ола амулета полного восстановления нанести ещё один, уже окончательный, удар. Понятно, с его стороны это была явная перестраховка, активировать оживляющее заклинание мог только очень сильный одарённый, а такие лейтенантами и даже капитанами не служат. Сам ол Рей в том нииторском походе был исключением из правил, таился тогда и от чужих, и от своих.
Проулок, шириной около пяти-шести шагов, с одной стороны был образован забором, судя по его качеству за ним проживала зажиточная семья, а с другой таким же, как и предыдущий, полусгнившим тыном, заросшим высокой крапивой. Именно в крапиву-то Немченко и отшвырнул убитого, но всё ещё бьющегося в конвульсиях вражеского офицера, отметив родные для себя уже два с лишним года знаки тени.
Почему другая ипостась Тани не предупредила своего адепта? Наверное, потому что не успела, благородный Анд подскочил мгновенно, или тот коллега в горячке наблюдения за схваткой просто не обратил внимания на предупреждение. Первая причина на взгляд Андрея была более вероятной. И уж точно подруга стихия тут ему ничем не помогала. Удивительно и не совсем понятно, но землянин принял такое положение вещей, что ипостаси стихий ведут себя независимо друг от друга, хотя подруга и сказала однажды ему, что он самый у неё любимый, и вообще единственный, такого больше нет и не будет. Но помогать против других своих адептов отказалась наотрез. Такие же отказы Немченко получил и от Виктора с Мариной.