Генриетта получила неожиданное наследство — настольную книгу, которая может спасти ее от инквизитора Бласа. Заклинание поможет скрыться, но фамильяр подозревает секреты девушки. В саду академии Солнар тишина гаснет опасностью.
Затем мы разглядывали предков знатного рода Бальредер — их портреты украшали просторную галерею на первом этаже. Дэмиан с гордостью рассказывал про каждого прародителя, помня их достижения. Все они огненные драконы, как и сам инквизитор.
Портреты женщин висели на другой стене, не такие большие и помпезные, как изображения их мужей, сыновей и отцов. Родственницы не блистали достижениями, не занимали высоких должностей и не все из них были драконицами. Но Дэмиан меня удивил, подчеркнув важность их роли в семье как хранительниц домашнего очага и надёжного тыла семьи.
Ближе к вечеру набежали серые тучи, пошёл дождь. Пикник у озера пришлось отменить, мы ужинали в столовой. К нам решила присоединиться Долорес и спустилась под руку с целителем. Она мило улыбалась, расспрашивая меня об академии. Я, что знала, отвечала, видя неподдельно-детский интерес женщины. Она даже заявила Дэмиану, что, когда ей исполнится шестнадцать, пойдёт учиться в академию.
Целитель сидел молча и хмурился, поглядывая на меня исподлобья. Если бы не его суровый вид, атмосфера ужина была бы идеальной."
"Когда пришло время отходить ко сну, Дэмиан решил лично проводить мать в покои. Я же пошла в библиотеку, поискать что-нибудь интересное почитать на ночь.
За окном барабанил дождь, навевая грусть. Я сидела на диванчике, листая книгу, которую нашла на полке с художественной литературой.
— Так и знал, что ты ещё здесь, — за спиной раздался вкрадчивый голос.
Горячие ладони легли мне на плечи, а мужской нос оказался рядом с моей щекой.
— М-м-м, история императора Барторра и его ведьмы, — протянул мужчина. — Почему тебя заинтересовала именно эта книга?
— Не знаю, — шумно вздохнула я, млея от его присутствия.
— Да. Представляешь, она на минуту пришла в себя, погладила мою руку и сказала: «Дэмиан, сын, ты сделаешь правильный выбор, если завоюешь сердце Роситы», — нежно проговорил он, подражая интонации матери.
— Так и сказала? — не поверила я.
— Именно, назвала меня сыном. Я очень удивился и в то же время обрадовался. Давно у неё не было просветлений. Ты на неё хорошо влияешь, — сухие пальцы погладили меня по щеке.
