В темном зазоре между мостиками проносятся фигуры — оборванцы, одиссея которых выглядит как бесконечный танец на грань смерти. Ветер врывается в эти проступки, как могучий поток воды через трещину скалы. Каждый шаг кажется последним, но тем не менее упорство и надежда побуждают продолжать путь — дрожащий герой, с мечом в руке, преодолевает бесконечные доски и борозды времени, на грани выживания....
В гостиной было два удобных дивана, а в спальне – большая кровать.
Комнаты, что мы сняли, напоминали собой двухкомнатную квартиру со всеми удобствами: небольшая прихожая, спальня, гостиная и, выражаясь современным языком, совмещенный санузел.
Скинув плащ, я прямо в одежде завалилась на кровать.
– Ты устала? Может, хочешь поесть? – спросил Ив, пристраиваясь рядом со мной.
– Очень устала, но, боюсь, не засну.
Уходить прямо сейчас – не лучшая идея. Трое дроу, которые приехали ночью, сняли комнаты, а через три с часа, не дожидаясь рассвета, поднялись и уехали, вызовут подозрения.
– Хочешь, сделаю тебе массаж? – соблазнительно улыбнулся муж.
– А ты ничего не хочешь спросить у меня? – я заглянула в глаза Иву.
– Хочу, но считаю, что сейчас не время. – Он притянул меня к себе и еле слышно прошептал. – Потом, когда захочешь, расскажешь.
Удивительный мужчина. Не потребовал от меня ничего.
– Мне все равно, как тебя зовут на самом деле, – тихо сказал Ив. – А о том, что ты – аристократка, я начал догадываться еще тогда, в хижине.
– Что?! – ошарашенно переспросила я.
Вот, блин, аристократка! Что ему ответить? Как не сказать ничего лишнего? И тут меня осенило. Клятва, которую я давала Арбикусу, теперь не действует, ведь она была привязана к телу Резаэлли Сареп! А сейчас это тело мертво. То есть я могу рассказать всю правду Ивэласу, не скрываясь и не боясь магического отката.
Поймет ли он? Думаю, да. По крайней мере, точно не побежит в церковь, чтобы пожаловаться на мою одержимость. И, если быть откровенной, хотелось рассказать ему все. Как это прекрасно быть рядом с ним собой, не сдерживаясь, не пытаясь косить под дурочку, не думая о том, что за неосторожное слово придет расплата.
Интересно, а почему он решил, что я – аристократка? Да, признаться, тогда в моей избушке я дразнилась, понимая, что правду он не узнает и никак мне своими догадками, какими бы они ни были, не сможет навредить.
"– Ты слишком ото всех отличалась, Элли, – Ив как будто знал, о чем я подумала. – А теперь попробуй заснуть. В следующий раз не известно, когда нам представится возможность отдохнуть.
Может, и правда не спешить никуда? Разговор про моё прошлое слишком сложный, чтоб вот так, не понятно где, выкладывать все начистоту. Кроме того, Ниас обожает подслушивать.
