— В девять, — безапелляционно поправил Рю. — Шлем не забудь. В прошлый раз мы едва ушли от полиции, а потом в разделе происшествий мелькали кадры гонки с «городскими хулиганами» с уличных камер. Я не этой известности добивался, когда увлекся мотоспортом. Пришлось сменить любимый байк.
— Да ладно, — по-акульи ухмыльнулась я от двери. — Зато было весело, и теперь у тебя на сиденье легко поместятся даже не два, а четыре человека. Все, до вечера.
— Ага, теперь придется делать еще более крутые виражи, чтобы твои объятия были столь же горячи.
— Тебе полезно тренироваться, сам говорил.
И ушла… Мне еще надо было поймать воробья после репетиции. Осмотреть на предмет синяков и на всякий случай зафиксировать побои документально. Прошлая жизнь научила подстилать соломки в виде официальной бумажки под каждую нестандартную ситуацию.
— Не пойду! — первым делом принялся блажить Юй, зажатый в угол возле выхода из студии. — Ни к какому врачу!
Поскольку я не скрывала своих намерений, в качестве усиления на этот раз выступали Бо и Лео. На лицах у них было ровно такое же выражение, как у самого воробья, — смесь недоумевающей паники и протеста.
— Мелкий, а скажи мне, знаешь ли ты условия своего контракта? — решила прощупать я почву со стороны воробья.
— А это тут при чем? — ощерился растрепанный пакостник.
— И все же ответь. На что именно заключен твой контракт, ты знаешь?
— Ты не знал, что подписывал? — уточнила я.
— Десять лет работы за то, что меня кормят, учат и дают крышу над головой, — все-таки соизволил ответить Мо. — Если дебютирую, может, еще и бабки платить начнут.
— А мистер Чен не вызывал тебя для более детальных… разъяснений? — Раз уж выпал случай, стоило аккуратно узнать подробности.
Юй напрягся и стал смотреть мимо меня в стену, нервно кусая губы. Чер-р-рт…
— Он много чего разъяснял, — разродился наконец воробей, справившись с собой и зло выплевывая каждое слово. — Например, то, что я сдохну под мостом, если допущу еще хоть одну ошибку! Потому что я никто и звать меня никак. И если бы не агентство, гнил бы в приюте до совершеннолетия, а потом опять же вылетел под мост. Что еще вам интересно? Трахал ли он меня? Так вот обломитесь! Я, может, и сволочь, и готов выполнить любой приказ, хоть трусы кому тигровой мазью намазать, хоть кислоты в кроссовки налить, но жопу свою сберег! Не для вас!
Твою мать, кажется, у ребенка истерика.
