Великий и могучий явно погорячился и переоценил свои силы.
Не успевал он наводить порядки и в мирах, в одном за одним разгорались войны. Схватился тогда создатель за голову свою гениальную и выдал еще одну идею. Создал богов и направил их на свои творения, дабы блюли они порядок и справедливость. Но поскольку в нем еще слишком свежи были воспоминания о своей усталости и о том, что везде он не успевал. Каждому из миров досталось по нескольку богов. Какому — то два, а какому — то и все пять.
Осмотрел он дело своих рук и наконец — то удовлетворенно вздохнул. Теперь и отдохнуть можно и развлечься в случае чего. Подумал он, втихую наблюдая за своими мирами. Проще говоря, придумал создатель себе масштабное телевидение.
А что, удобно ведь. Сидишь себе спокойно, захотел боевик, щелк пальцами и попал на войну, захотел мелодраму снова щелк пальцами, захотел комедию… Ну в общем, вы поняли.
И вот настал тот момент, когда стал создатель замечать, что боевиков по его телевидению стало не в пример больше чем мелодрам и комедий. Снова задумался и решил нагрянуть в свои миры с проверкой. И что тут началось, не передать словами.
Летели головы, богов естественно. Звучали выговоры, даже штрафы были в виде лишения богов их силы и годов жизни. Долго длилась проверка, притомился создатель. Не по вкусу ему пришлось развлечение.
Сел он, снова схватился за свою гениальную голову и снова выдал гениальную мысль под названием «Асуры».
На этом моменте я замерла в предвкушении так сказать. Напредвкушалась так, что к концу рассказа аж тошно стало!
— Создал творец практически совершенных созданий и нарек их Асуры, — продолжал вещать старик.
Я себя ощупала, как смогла, осмотрела, припомнила свои не особо выдающиеся действия — поступки и пришла к выводу, что не фига я не совершенна. А значит, быть может, пронесет?
— Они с легкостью могли отличить правду от лжи, имели обостренное чувство справедливости, огромную физическую силу, практически безграничные магические способности. Они были идеальными судьями и палачами.
— Не пронесло, — прошептала, тяжело сглотнув.
Сейчас бы смочить горло. Покосилась на стоящую рядом чашку чая. Нет, новых приключений на свою задницу мне пока не хочется.
— Так я тут причем? — наконец — то меня осенило. — Во мне ничего из перечисленного вами нету. Разве что сил прибавилось, но я бы не сказала, что прям так много, — просияла я улыбкой и даже вздохнула от облегчения, не судья, не палач.
