Сегодня же уеду! - Я всё ещё пыталась говорить спокойно, но гнев и возмущение так и порывались захватить власть над остальными эмоциями - распоряжается мною как вещью и ещё удивляется, что я смею быть чем-то недовольна!
- Никуда ты не денешься, отсюда тебя просто не выпустят! - жёстко отрезал Белар. - А будешь умничать, я тебя вообще в комнате запру. Пожалуй, так будет даже проще, - кивнул он своим мыслям.
Проще? Размечтался! Я никому тут жизнь упрощать не собираюсь.
- Вы, кажется, ещё не до конца поняли, что произошло, дядюшка, - елейным тоном возразила я, специально выделив последнее слово, от чего собеседник болезненно поморщился и процедил:
- Не называй меня так!
- Вы сами так себя назвали перед лицом общества, - пожала я плечами. - А теперь у нас ещё более глубокая связь, чем родственные узы. Вы все будете жить, пока жива и здорова я. Так ведь сказала ваша сообщница. Имейте в виду, участь пленницы меня категорически не устраивает. С такой судьбой я мириться не намерена и, поверьте, найду способ её избежать.
- Какой же? - уточнил Белар с явной издёвкой.
Я ожидала подобный вопрос и достала из кармана заблаговременно подготовленный крошечный пузырёк.
- Например, такой - яд сорции. Трёх капель хватит, чтобы закончить мои мучения, потому что иначе такую жизнь не назовёшь. Правда, и ваш род тоже погибнет, но почему это должно меня беспокоить?
- Ты лжёшь! - не слишком уверенно возразил побледневший мужчина внезапно севшим голосом.
- Хотите проверить? - Я театрально поднесла к губам пузырёк, в котором, разумеется, был не яд, а вода, но подскочивший ко мне Белар, похоже, поверил и выбил флакон из рук.
- Я ещё приготовлю - благо, в зельях хорошо разбираюсь, - заявила, скрестив на груди руки. - А вообще способов свести счёты с жизнью и без яда довольно много. Я пока не все изучила, но начать, думаю, можно и с голодовки.
Белар в бессильной ярости сжимал и разжимал кулаки, прожигая меня ненавидящим взглядом. Я тоже тёплых чувств к нему не испытывала и уступать не собиралась. Взглядами мы мерились долго, потом он вдруг как-то сник и сухо выплюнул:
Вот, другое дело. Переходим к переговорам. Торговались мы долго и громко, но преимущество было на моей стороне.