Всё внутри него дрожит от удовольствия, по венам струится огонь. Для полного счастья не хватает только ощущать эмоции – это упоение, это признание…
– Санаду, драконы тебя побери! – Шаантарэн громко шлёпает по грязи. – Это было нечестно!
Возглас и разбивающиеся о щит комья влажной земли помогают Санаду взять себя в руки, он выдавливает с лица улыбку.
Клео прекращает такие желанные аплодисменты, но взгляд её полон сладкого восхищения – почти обожания. От этого жарко и хорошо до дрожи.
– А вот не надо, чтобы драконы меня куда-то забирали, – Санаду поспешно разворачивается, чтобы не смотреть в эти сияющие глаза и не вытворить что-нибудь ещё ей на радость. – Мне, конечно, будет весело, а вот им не очень, и пострадаешь опять ты. Ты же у нас вечно безвинно страдаешь.
Шаантарэн, выбравшись из грязевой лужи, опускается на лапы и по-звериному встряхивается. Капельки грязи размазываются по щиту Санаду, стекают некрасивыми потоками.
– Ты жульничал! – фыркает Шаантарэн.
– Да неужели? – Санаду небрежно опирается на посох. Ему до зуда хочется оглянуться. И опять раздражает щит Клео: из-за него он её не ощущает. Что она делает? Так и стоит наверху? Смотрит на него? Всё ещё восхищается? – Разве не ты выбрал критерии дуэли, как пострадавшая сторона?
Санаду снова улыбается, а Шаантарэн дёргает хвостами и надувает щёки:
– Ты меня спровоцировал!
– Разве? – Санаду улыбается ещё шире: ну да, спровоцировал. Оставил Шаантарэна без букета, его же в этом прискорбном факте обвинил, упирая на его неуклюжесть. Прекрасно осознавая, что за публичный позор Шаантарэн захочет расплатиться. А лепесточки так красиво летали и оседали на рогатой голове…
– Разве нет?! – встряхивает четырьмя кулаками Шаантарэн.
Положа руку на сердце, Санаду воспользовался болезненным самолюбием Шаантарэна. А что подтолкнул к состязанию на условиях, в которых не мог проиграть – так разве это жульничество? Нет, просто разумное использование своих сильных сторон. И коли Шаантарэн не включил мозг и угодил в ловушку – он сам виноват.
Хотя теперь, находясь в отличном настроении и оглядывая грязную, сосульками торчащую шерсть, Санаду… нет, не чувствует себя виноватым, потому что предупреждал держаться от Клео подальше, но…
– Да ладно, ну что ты такой мрачный? – он примирительно улыбается. – Я же сразу сказал, что проблема в твоей неловкости, а не во мне, но ты словно на второй раунд дуэли напрашиваешься. И из-за чего? Тебя очистить можно одним щелчком пальцев.
Шаантарэн, ладонями выдавливая из шкуры грязь, зло сверкает глазами:
– Я не умею! Не освоил ещё это ваше заклинание!
– Ну, сними браслеты защитные, я тебя почищу. Мне не тяжело. – Оценив несчастное выражение морды, Санаду сдаётся. – Ладно, не огорчайся, всякое в жизни бывает.