Подручный Адамса прижал девушку к стенке, нависая сверху и угрожал почти в открытую, не стесняясь строчащих в блокнотах репортеров.
— …и чего ты добилась, дура?! — долетело до Джеймса. — Выставила себя шлюхой на всю Эндалию, нажила сильных и смертельно опасных врагов.
Стоявший за его спиной подручный мадам Глэдис нехорошо оскалился.
— Мы знаем, где ты живешь, подстилка, — рявкнул он.
От злости у Каннингема потемнело в глазах. Эта… мелкая преступная мразь смеет угрожать прямо в здании суда девушке, которую он, Джеймс, лично спас?! Которой обещал покровительство и защиту…
— И не надейся сбежать, — продолжал давить помощник адвоката. — Мой босс обещал: про тебя услышат в самых отдаленных уголках континента. Последний нищий погнушается взять в жены такую потаскуху, как ты. Ты только что собственными руками закопала свое будущее…
Кровь отхлынула от лица фарадки. Наиля вжалась в стену, переводя затравленный взгляд с одного мужчины на другого. Исполненная достоинства и внутренней силы женщина снова уступила место испуганному олененку.
Ее беспомощный вид окончательно привел Джеймса в ярость. Одним рывком он преодолел разделявшее их расстояние и грубовато пихнул молодого подонка в сторону.
— Мне послышалось или ты и твой приятель-бандит только что угрожали моей невесте?
— Вашей.... что?! — адвокатишка выпучил глаза. Полуорк за его спиной при виде полицейского попятился, планируя исчезнуть.
— Что слышал! — отрезал Джеймс, все еще жутко злой — то ли на них, то ли на себя. Одна часть его души ликовала, а вторая стонала, хваталась за голову и восклицала: “Что ты, мать твою, несешь?! Слышала бы тетушка Фанни!”.
Глаза фарадки стали огромными, в них застыло немое изумление. Должно быть именно оно заставило Джеймса продолжить.
— Благородная госпожа Наиля аль Хазам оказала мне честь, ответив согласием на мое предложение. И если я узнаю, что ты или твой босс распространяете гнусности о моей невесте, то вспомню о древнем обычае смывать оскорбления кровью.
Помощник Адамса поперхнулся.
— Вы… это серьезно, господин Каннингем?
— Вполне, — отречься от только что сказанных слов под взглядом этих прекрасных темных глаз было немыслимым. — Госпожа аль Хазам может подтвердить. Мы не хотели афишировать помолвку, но ваше поведение вынудило меня это сделать.
— Да! — прерывисто выдохнула девушка, глядя на него так, будто Джеймс был даже не героем — божеством. Словно простой и скучный начальник полиции только что победил десяток драконов.