Автор
Глубоко задышавшаяся и еще не в силах привыкнуть к новой реальности, девушка открывает глаза и пытается уяснить, где она находится. Пульс колеблемый от боли и тревоги наталкивает на поиски помощи, а мир вокруг заворачивается в ткань сюрреалистической реальности.
Я прекрасно понимала, что желания несовместимые и надо выбирать. Вопрос: что? И в первом, и во втором случае, несомненно, последствия будут серьезные.
Поразмыслив, пришла к выводу, что делать резких движений не стоит. Самое лучшее — занять нейтральную позицию и жить своей жизнью. Ну а дальше посмотрим. И главное — впредь постараться не допускать наших страстных обнимашек. Могу «поплыть», а розовый туман в мозгу — уж точно плохой помощник.
Приняв решение, я обняла подушку и незаметно для себя уснула.
* * *Через открытое окно кухни-столовой щедро лился утренний свет, слышалось веселое чириканье птичек.
"Через тридцать минут ехать в школу. Однако я совершенно не волновалась, наоборот, была спокойна как буддийский монах, постигший дзен. И причина вовсе не в браслете-артефакте, привычно обнимающем запястье. Все банальнее: я умудрилась выспаться.
Моя основная проблема решена. Я больше не глава рода, и необязательно доказывать, что контролирую силу, на тестировании просто проверят ее уровень. Кроме того, угрозы опеки больше не существует, благодаря, опять-таки, помощи барона.
Душу кольнула легкая досада. Его я вчера действительно сильно обидела, но посыпать голову пеплом, каяться и вымаливать прощение не буду. У Росса, как и у меня, богатый жизненный опыт. И у каждого из нас свои скелеты в шкафу. В итоге оба юлим и темним.
Отставив пустую тарелку, я взяла кружку с ароматным чаем. Немного отпила. Вкусно. И наконец обратила внимание, что повариха подозрительно молчалива и явно чем-то взволнована.
— Луша, что случилось? — спросила озабоченно.
Застигнутая вопросом врасплох женщина вздрогнула. Повернувшись, она пару мгновений постояла в раздумьях, затем упрямо поджала губы, подошла ко мне и затараторила:
— Госпожа, меня просили не рассказывать, но я-то служу не барону, а вам! Вчерась вы-то у себя работали, ничего не видели и не слышали, а у нас тут во дворе такое творилось! — словно захлебнувшись эмоциями, она всплеснула руками. Я поощрительно кивнула.
