Автор
Глубоко задышавшаяся и еще не в силах привыкнуть к новой реальности, девушка открывает глаза и пытается уяснить, где она находится. Пульс колеблемый от боли и тревоги наталкивает на поиски помощи, а мир вокруг заворачивается в ткань сюрреалистической реальности.
И безапелляционно выдала: — Все одно нечего с ней якшаться! Не ровня она тебе. С аристократами лучше общайся, а не с такими… — тетушка не договорила, будто не находя приличного определения. В ее голосе отчетливо чувствовалось презрение.
— Ну а теперь послушайте меня, — произнесла я ледяным тоном и повернулась к Корниловой. — Прошу раз и навсегда запомнить: с кем общаться и за кого выходить замуж я решу сама. Впредь ваше участие в моей судьбе не требуется, более того — крайне нежелательно. Вам понятно, или разъяснить?
Буквально захлебнувшись негодованием, бывшая опекунша беззвучно открывала и закрывала рот.
Понаблюдав за ней, я холодно сделала вывод:
— Вижу, что объяснять нет необходимости.
И тут зазвучал голос ректора:
— На тестирование приглашается дворянка Владислава Юрьевна Метельская.
Не обращая больше внимания на гневно пыхтящую тетушку, я поднялась и направилась к сцене.
Проходя мимо освещенного сектора факультета экономики сразу же заметила Алексея. Юноша сидел, словно натянутая струна. И всем своим видом показывал — только позови, я тут же примчусь.
Мило улыбнувшись парню, обратила внимание на рыжеволосую графиню. Красавица, презрительно прищурившись, уже привычно насмешливо кривила губы.
Не реагируя на высокомерную девку, я поднялась по трем ступенькам, подошла к «трибуне» и наконец-то увидела место, к которому ребята прикладывали руку. Промахнуться оказалось невозможно: ровно по центру чернильно-черной панели четко выделялся контур ладони, светящийся алым.
Чувствуя множество взглядов, похвалила за предусмотрительность администрацию вуза. Теперь-то ясно, почему зал погружен во тьму: тестируемый, стоящий на свету, не видел лиц зрителей и, соответственно, меньше нервничал.
Впрочем, меня сейчас ничего не волновало. Самой себе я напоминала глыбу льда.
Бесстрастно взглянула на членов комиссии.
Ректор что-то сосредоточенно черкал в лежащим перед ним блокноте, сотрудники отдела по контролю скучали.
Ко мне шагнула женщина в строгом деловом костюме и произнесла стандартную фразу:
— Прошу передать все имеющиеся при вас артефакты.
Неожиданно появилась идея. Уверена, о нас с бароном Россом в школе не судачит только ленивый, иначе рыжая так бы не бесилась. А подолью-ка я масла в огонь.
