Автор
Глубоко задышавшаяся и еще не в силах привыкнуть к новой реальности, девушка открывает глаза и пытается уяснить, где она находится. Пульс колеблемый от боли и тревоги наталкивает на поиски помощи, а мир вокруг заворачивается в ткань сюрреалистической реальности.
Драгоценная Авдотья Никитична, со мной ваша дочь будет как за каменной стеной, — убежденно пообещал он.
— Хотелось бы в это верить, — скептически усмехнулась женщина.
Их беседу прервал звонок мобильного. Достав телефон, Роман Антонович сухо обронил:
— Минаев.
Глядя, как мужчина нахмурился, Авдотья Никитична замерла. Отчего-то ей показалось, что этот звонок имеет непосредственное отношение к их авантюрному и опасному предприятию.
— Не пускайте. Я скоро подойду, — начальник охраны нажал на отбой и с раздражением поморщился.
— Ох! — встревоженно приложила руку к груди старшая Рябцева. — И что теперь?
— Я все решу, — ухмыльнувшись, мужчина зажал под мышкой конфеты и поспешно развернулся.
Проводив его взглядом, Авдотья Никитична с сомнением покачала головой, достала телефон из кармана широкой юбки. Набрав номер дочери, прошептала в динамик:
— Она приехала. Стоит на центральной проходной.
В этот момент оглушительно загремел звонок. Через мгновение начали распахиваться двери аудиторий, и в коридор повалили шумные студенты.
Осознав, что говорить в таком гаме невозможно, женщина сбросила вызов и поспешила обратно в приемную ректора. Если этот недотепа не справится и Метельская пройдет, то она просто обязана помочь дочери.
Старшая Рябцева не знала наверняка, но была уверена — у ее дочки-умницы имеется запасной план. Его просто не могло не быть.
Глава 10"
"В Императорскую южную школу и через центральный вход меня, естественно, не пустили.
В ультимативной форме затребовав начальника охраны, я уже целых двадцать три минуты стояла в отделанном мраморной плиткой холле. О потраченном на ожидание времени исправно информировал висящий прямо в воздухе огромный циферблат часов. Вначале я ему искренне поудивлялась, но гораздо больше заинтересовала местная защита.
Это было что-то запредельное. Явно магическая стена ритмично пульсировала алым и делила помещение надвое. Что за ней скрывалось, разглядеть не получалось. Не просматривались и пять металлических рамок, служащих для прохода: пространство внутри них колыхалось и словно искажало реальность.
Проводив грустным взглядом студентку, деловито прошедшую через одну из рамок, я тяжело вздохнула.
