Начинается серия необычных событий — жених моей сестры внезапно притягивает к себе ее поклонника. Вместе они открывают секреты прошлого и вынуждены укрывать это от всех, включая полицию. На их пути лежат роковые обещания и загадочные зовущие голоса, атмосфера напряженности и предательства тонет в дрожащих сердцах и мрачных секретах семьи....
Про себя я радуюсь, что Тенер накачан моей силой под завязку, иначе бы он не реагировал так спокойно, будто ничего особенного не происходит. Подумаешь, принцесса разврат и неглиже рисует. Нет, умом-то он понимает, что происходящее неправильно, но эмоции молчат.
– Ни-ни, отвлекись. Пойдём ужинать?
– Угу, – я откладываю кисточку на подставку, жестом показываю Ате, чтобы привела моё рабочее место в порядок, и запрыгиваю Тенеру на шею. А что? Мне показалось, когда я обнимала папу, Тенер смотрел с завистью. И раз уж меня угораздило влюбиться, буду… любить.
Ужин я превращаю в весёлое безобразие – отсылаю слуг, дожидаюсь, когда дверь закроется, подхватываю с блюда тарталетку с паштетом, украшенным веточкой зелени. Тенер хмыкает – я увела тарталетку у него из-под носа. Я с лёгким вызовом прищуриваюсь. Тенер не угадывает мою задумку, поднимает ладони, показывая, что уступает.
Я придвигаюсь ближе и притягиваю тарталетку, даю с рук. Тенер слегка теряется, но не отвергает, и даже включается в игру, предлагает мне кусочек запеканки.
Кажется, за ужином, я окончательно его покоряю. Впрочем, про эффект моей силы нельзя забывать…"
"Мы расправляемся с основными блюдами, и Тенер наливает мне чай, а я подтягиваю пирожные со взбитыми сливками, и вместе с блюдом и чаем мы как-то незаметно из малой столовой перебираемся в покои Тенера. Я с удовольствием устраиваюсь прямо на полу, на пушистом ковре и провокационно-медленно стягиваю с себя верхнее платье, остаюсь в нижней кружевной сорочке.
– Ты же не против? – мурлыкаю я.
Тенер следит за моими движениями широко распахнутыми глазами, сглатывает.
В его взгляде разгорается пожар.
Я облизываю с кончиков пальцев остатки сливок. Тенер бросает взгляд в сторону спальни. Я со смешком беру чашку и пью чай, как ни в чём ни бывало. И улыбаюсь в чашку невинно-невинно.
– Нишаль, ты…
– Я? – снова в голос мурлыкающие нотки.
– Единственная и неповторимая.
Приятно…
Я допиваю чай, съедаю предложенное Тенером пирожное.
– Я ненадолго.
Поднявшись, я сладко тянусь, отчего кружевная сорочка чуть приподнимается, приоткрывая щиколотки. Тенер касается ладонью, с нежностью проводит по ноге вверх.
– М-м-м…
Уходить не хочется, и я замираю, наслаждаясь незамысловатой лаской. Тело откликается на прикосновения волной жара. У Тенера учащается дыхание.
