Начинается серия необычных событий — жених моей сестры внезапно притягивает к себе ее поклонника. Вместе они открывают секреты прошлого и вынуждены укрывать это от всех, включая полицию. На их пути лежат роковые обещания и загадочные зовущие голоса, атмосфера напряженности и предательства тонет в дрожащих сердцах и мрачных секретах семьи....
Гостиная превосходит мою и размером, и убранством, правая стена с пола до потолка затянута шёлком с изображениями певчих птиц, то ли вышитых, то ли нарисованных. Мебель однозначно из дорогих пород дерева. Тётушка сидит в кресле, а подле неё на низком пуфике устроилась Тиана. Обе они удивлённо смотрят на меня. Вчера я демонстрировала «голое» лицо вынужденно, а сегодня явилась в новом платье, с новой причёской и без слоя штукатурки. Тиана явно взволнованна, тётушка то ли сдержаннее, то ли мой внешний вид её не волнует.
– Доброе утро, – здороваюсь я. – Тётушка, я бы хотела отправиться купить пару платьев, после того, как все мои погибли, мне совершенно нечего надеть, – веская причина покинуть дом."
"Тиа приоткрывает рот, но, сказать что-либо не решается, и правильно, потому что не её очередь высказываться.
Тётя склоняет голову к плечу:
– Доброе утро, Нишаль. Как ты себя чувствуешь? Мы могли бы пригласить торговца домой. Ты уверена, что хочешь ехать?
Приличные леди сидят дома.
– Тётушка, да, я бы хотела поехать, – отвечаю я кратко.
– Хорошо, Нишаль, я не возражаю. Ты отправляешься сейчас?
– Да, тётушка.
Тиана не выдерживает:
– Сестрёнка, ты даже не попудрилась, – почти слово в слово с Изи.
– Разве чистое лицо без капли косметики не лучшее украшение девушки? – пожимаю я плечами. – Тётушка, благодарю. Я отправляюсь.
Вежливо было бы дождаться ответа, но я не утруждаюсь, покидаю гостиную. Ещё не хватало дать Тиане шанс увязаться следом, хотя она всё ещё может попытаться меня догнать.
Ата следует за мной.
Экипаж уже ждёт, и Ата помогает мне забраться в салон, поднимается следом и перво-наперво зашторивает окно, потому что случайным прохожим видеть дочерей влиятельных семей не положено. Ата садится против хода движения, и экипаж почти в ту же секунду трогается. Мерное цоканье подков по мостовой сливается с лёгким скрипом дерева и стуком колёс. Экипаж умиротворяюще покачивается.
Дорога по внутреннему ощущению занимает минут двадцать с хвостиком.
Ата из прицепленной на пояс сумочки достаёт муслиновую вуаль:
– Госпожа?
Точно! На улице лицо следует прикрывать, а вот в магазине я смогу снять вуаль и показаться во всей красе.
Я позволяю горничной закрепить вуаль, опираюсь на её руку и выбираюсь на мостовую.
Знакомая площадь, знакомый двухэтажный ресторан. Я присматриваюсь к прохожим и почти сразу выцепляю статную даму то ли с дочерью, то ли с внучкой. Леди заходят в ювелирный салон, и я неспешно следую за ними.
