— Рад, что тебе нравятся угощения ледяных драконов, — улыбается Арендар и предлагает пирожное. — Попробуешь?
Расправившись с кусочком мяса и запив его мятно-жгучим вином, послушно открываю рот. Даже десерт у них с остринкой: будто тысячи ледяных иголок пробегают по языку, охватывают горло стужей. А потом приходит сладость.
— Странная у них еда, — заключаю я. — Вкусная, но странная.
— Это из-за снежных ягод. Они их добавляют практически во всё, в зависимости от способа приготовления ягоды похожи то на мяту, то на перец, то на патоку."
"На руке Арендара вспыхивает и гаснет метка.
— Дела, — он закатывает глаза. — Ведь раньше прекрасно без меня обходились, а теперь постоянно заставляют участвовать во всякой формальной ерунде.
— Ты ведь не оставишь меня на крыше? — с опаской уточняю я.
— Нет, конечно. — Арендар поднимается и помогает мне встать. — Еду принесут в комнату.
Подумав, отставляю бокал с недопитым вином на столик: мне ещё уроки делать.
Улыбнувшись одним уголком губ, Арендар подхватывает меня и раскрывает крылья.
На крыльце общежития мы оказываемся почти мгновенно, я даже не успеваю испугаться, что Арендара в полёте утащат порталом, а я упаду. Он, подхватив меня под руку, открывает дверь и ведёт внутрь. Нас озаряет вспышка вновь загоревшейся метки.
Тебе надо торопиться, — почему-то мне всё тревожнее от этой спешки.
— Не уйду, пока не передам тебя охране, — поясняет Арендар.
Только охраны моей возле комнаты нет. Арендар от неожиданности останавливается. Не терпящим возражений жестом задвигает меня себе за спину и, запалив на кончиках пальцев золотое пламя, направляется к нашей с Никой двери.
Глава 24
Возле двери нет следов борьбы или брызг крови. Только запах — сладко-мучной, жареный… блинный.
Укрывшись золотистым полупрозрачным щитом, Арендар распахивает дверь. Блинный запах просто сшибает с ног. Золотой огонь на пальцах Арендара гаснет, как и щит.
Заглядываю внутрь: возле стола оба гвардейца вытянулись по стойке смирно. На столе — горка блинов и круглая доска с цветными фигурками. Ника в меховом шарфе растерянно хлопает глазами. Шарф тоже хлопает глазами, тянет:
— Оиии.
Арендар просто смотрит, и гиганты-гвардейцы проседают всё ниже, падают на колени и, склонив головы, воют в голос:
— Больше не повторится.
— Что такое? — Дёргаю парчовый рукав Арендара. — В чём они провинились?
— Они должны охранять тебя, а не развлекаться, — чеканит он.
— Но меня не было, ничего страшного, что они… — Окидываю взглядом доску с фигурками, блины и мертвенно-бледное лицо Ники, больше не обрамлённое шерстью.
— Оии, — Пушинка обхватывает ногу Арендара, причём в стоячем виде она уже выше его колена. — Оюшкиии.
У Арендара шире раскрываются глаза.
— Её надо отдать Лину на исследование.