В ночной тишине академии драконов бьют тревога. Я, попавшая тут как невинная, чувствую себя остро втянутой в заботы и опасности великих существ. Моя реакция на руку Арендара - это всего лишь первый шаг в мире, где каждый миг важнее обычного.
Похоже, «Попаданка в академии драконов 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Он пользовался, да, может, и сейчас пользуется бешеной популярностью у женщин. Ранжер хоть из младшей ветви рода, но в любовницы к нему напрашивались чаще, чем ко многим правящим. К его чести надо сказать, что он от всех убегал. Жаль, Элор его скорость не унаследовал.
– Да… – тяну я.
Может, увлёкшись этим новым гостем, Видар отпустит дедушку? Я бы с удовольствием пообщалась с дедулей ещё.
В полумраке лестницы неожиданно вспыхивают золотые глаза Пушинки, она спускается ниже и тянет меня лапой за плечо.
– И-ид-ём!
Арен обхватывает меня за талию:
– Куда?
– На-до!
– Хорошо, идёмте.
Второй лапой Пушинка упирается ему в грудь:
– Не ты.
Глава 41
Может ли упрямый драконище отпустить свою избранную непонятно куда в сопровождении её симбиота?
Нет.
Повздыхав, Пушинка берёт его с собой. Не доросла она с драконами спорить.
Под мерный цокот коготков мы минуем половину ослепительного в этот предзакатный час дворца. Кругом мерцают магические символы, золото отливает красноватым цветом.
– Это гостевое крыло, – Арен перекрывает путь рукой.
– Что? – накрываю его ладонь своей.
– Там кто-то плачет.
– Ничего не слышу.
Пушинка подталкивает меня в спину. Подталкивает и Арена.
Окутав нас щитом, он проходит вперёд. Скоро и до меня доносятся рыдания. Мы сворачиваем. Посередине озарённого светильниками коридора стоит девушка в тёмном платье и белом фартуке, рыдает, вытирая безостановочно текущие слёзы.
– Что происходит? – Арен лишь чуть ослабляет щит.
Очень не хватает гогглов, чтобы свободно разглядывать всё вокруг. Что тут происходит? Может, какое-нибудь вредоносное заклинание?
Икнув, девушка склоняется в глубоком поклоне. Её плечи продолжают дрожать.
– Г-грустно, – выдавливает она. – Н-невыно-симо-о-о.
Крупные слёзы капают на паркет.
– Что происходит? – обращается Арен к караулящим двери громилам в красных мундирах.
– Тут всем проходящим по коридору грустно, – басит медведеоборотень. – Менталистка… плачет.
– Ника?
– Никалаэда?
Медведеоборотень кивает. Арен наконец опускает мою руку. Всего пять шагов вперёд – и накатывает тоска, чувство вины. Слёзы застилают глаза.
– Так эмоциями щиты пробивает – сильна, – констатирует Арен и поворачивается к Пушинке. – К ней вела?
Пушинка кивает, с золотых кисточек срываются искорки магии.
