В комнате с тревожным звоном цеплялась нежданная атмосфера: скромное убранство казалось маловатым для пристанища дракона. Его запах наполнял пространство пряной гармонией, словно призыв к соприкосновению. Я отступила, чтобы впустить мужчину-дракона, внезапного появления которого я ждала не верой, а грубыми приключениями....
— Ну да, кто ещё мог с такой лёгкостью пройти через защиту, не разорвав её?
— Похоже, пора выбираться из кровати, — с тяжёлым вздохом признала я.
— Пора, — согласно кивнул он и двинулся к шкафу, чтобы одеться.
Закрепление материала по анатомии отменялось.
***
Родители нашлись в гостиной, где вокруг них уже хлопотала несколько обескураженная ранним визитом Марта. Оба предстали в одежде, присущей Астрии. Отец был в сером костюме тройке и белоснежной рубашке, мама — в бело-голубом платье с открытыми плечами, украшенном по лифу и длинным рукавам сложной вышивкой.
— Мы волновались, родная, больше не перемещайся без предупреждения, — попросила она.
— Я это не контролирую, — призналась, с улыбкой прижимаясь к матери.
От неё пахло папиным любимым пирогом и ванилью. Похоже, она сегодня пекла, чтобы задобрить грозного главу нашего маленького семейства.
— А вы должно быть Дэкстер, жени… эм... муж, — исправилась, видимо, заметив изменения в аурах, — нашей потеряшки.
— Дэкстер эль Аргар, — представился жемчужный и галантно протянул ей руку, чтобы поцеловать тыльную сторону её ладони.
— Элиза эль Айсен.
— Тебя и зовут по-другому, — пробурчала я. По паспорту мама была Элизаветой. — А папу? — спросила шёпотом.
— Марк эль Айрум, — отец поднялся с софы и тяжёлым шагом направился к нам. Ну хоть его имя было настоящим.
Сбывался мой самый страшный кошмар. Я знакомила парня со своим строгим отцом. Он — одна из причин, почему моя личная жизнь не сдвинулась с точки мечтаний и просмотра сериалов.
Мы с мамой как-то не сговариваясь отступили, позволяя мужчинам познакомиться.
— Рад приветствовать вас в своём доме, — жемчужный первым протянул руку для пожатия.
Отец криво усмехнулся и крепко сжал его ладонь.
— И нам приятно, — наконец произнёс он.
