А после убежал по своим лавочным делам, оставив меня с женщинами. Рядом крутилась Мэгги, угодливо спрашивая, не надо ли добавки.
— Ну как вы, уважаемая Крелла, — начала я, прожевав молодую картофелину. — Изменили свое мнение по поводу «демонова инструмента»?
Я ожидала, что повитуха сейчас встряхнется и начнет ворчать, но она оставалась молчалива и даже грустна. Глубоко запавшие глаза блестели, рот был плотно сжат. Делла, ожидая ответа наставницы, перестала жевать и уставилась на бабульку.
— Если бы я только знала… — сокрушенно пробормотала та. — Если бы знала…
И было в ее тоне такое, отчего мое сердце предательски дрогнуло. А Крелла продолжала:
— Столько лет все делала, как прабабки учили. Полагалась на волю Пресветлой… — вздохнув, покачала головой. — А оно вон как…
— Время не стоит на месте, — негромко произнесла я. — Не зазорно учиться новому.
— … Если бы было, кому подсказать, кому научить… Сколько их могло выжить…
Бабулька утерлась краешком салфетки, а я вдруг почувствовала предательскую резь в глазах. Такая глубокая тоска прорезалась в словах ехидной и черствой на первый взгляд повитухи.
— Сколько на своем веку слез повидала… И сама потеряла первенца, а ведь если бы…
Не в силах больше говорить, Крелла погрузилась в молчание. Должно быть, ее затянули воспоминания о прошлом.
Кого она там видела? Детей и матерей, которых не сумела спасти?
— Учиться никогда не поздно, — повторила я.
— Я уже слишком стара для этого, — она кивнула на Деллу, — вот, ее учи. Она девка неглупая, добрая.
Услышав комплимент из уст наставницы, девушка расплылась в улыбке. Потом бросила на меня умоляющий взгляд.
— Нейра Эллен, пожалуйста! Возьмите меня в ученицы.
— Конечно, я с радостью научу тебя всему, что знаю сама. Всему, что не касается магии. Ты ведь не магичка?
— Нет-нет, какой там! — она замахала руками, а потом резко погрустнела. — Хотя… некоторые считают меня ведьмой и обходят стороной.
От такого заявления я едва не поперхнулась.
— Вот, — Делла дернула себя за кончик косы, — видели это?
— Ну волосы. И что дальше? — я не понимала, куда она клонит.
— И что? Здесь не любят рыжих?
Девушка грустно усмехнулась, а повитуха фыркнула.
— Неа. Считают меченными самим Темнейшим. Раньше таких сжигали на кострах. Хорошо, что дикие времена давно миновали!
Ох, деточка, до окончания диких времен еще очень далеко. Бедная, бедная Делла! Наверняка всякие придурки еще и травили ее, хотя девушка была прехорошенькой и совершенно безобидной.
— Я сама из Дурной, это деревенька неподалеку от Левилля. Я так и не вышла замуж, первой выскочила моя младшая сестра, — продолжила она, потупив взор. — А меня никто брать не хотел. Родители уже махнули рукой и отправили учиться к бабушке Крелле. Я ее внучатая племянница.