Автор
Встреча на свадьбе разворачивается в захватывающем мире, где обычные законы не действуют. Девушка познакомится с секретаршей жениха и отправится с ней по пути невероятных приключений - от загса до дракона, ставшего ее возлюбленным.
Все вернулось на свои места, — Адалон заглянул в мои расширившиеся от ужаса и злости зрачки.
В его собственных кроваво-алых горело нетерпение и жажда. Черные губы разомкнулись, он опустил взор на страницы и меня прошиб ледяной озноб.
— Подождите! — услышала я свой собственный голос, — как, как вы выжили? Почему столько лет? Драконы ведь не живут вечно, даже…даже перворожденные.
На самом деле мне было все равно, за счет какой магии он существовал, мое подсознание искало слабые стороны у этого монстра и тянуло время.
Адалон поднял голову.
— Ответ здесь, — он тряхнул дневником.
— Но там такого не было. Я читала.
— Плохо читала. Дракон может питаться магией. У нас более мощная регенерация, но она со временем иссякает. Я нашел способ ее подпитывать при помощи хорошо проводимого магию материала.
В голове быстро переварилось значение его слов.
— Кристаллы для артефактов?
— Да. Их энергию можно направить на поддержание жизненных сил, если найти источник.
В красных глазах полыхнула бездна.
— Это темные сущности, демоны, изнанка в которой они обитают? — предположила я.
— Слишком грубо и поверхностно, но ты близка.
У меня все сложилось. Адалон давно утратил человеческий облик. Тьма, пропитала его насквозь, сделав тем, чем он являлся.
— А если у вас не получится, — я снова вмешалась, едва он наклонился к дневнику, — что, если ваша истинная не примет вас таким? Вы давно не виделись и всякое могло случиться?
Адалон со скрипом втянул в себя воздух, переплет в его лапах затрещал.
— Послушайте, вы ведь любили…сами сказали, что все, что вы делаете — это во имя любви. Знаете, я ведь тоже…— осеклась, слова горечью осели на губах, в душе болезненно затрепетало и слезы проступили на глазах, — я тоже…люблю…, — признавшись в слух, я ощутила удивительное облегчение и в тот же момент стало еще больнее. Слова заканчивались, воздуха в легких не хватало, — я люблю его, возможно он любит меня. Не ломайте наши жизни. Адалон, вы ведь знаете, что такое любовь.
Его опущенные веки дрогнули, он смотрел перед собой. Рот скривился, будто от сильной боли, которую он с трудом сдерживал. Вены на мощной шее вздулись от напряжения.
— Ты пытаешься играть на моих чувствах и надеешься, что это тебе поможет?
— Нет…я…
— Замолчи, — механически произнес он.
Мои губы сковало холодом. Они онемели и я замычала.
